• Добавить в закладки
  • Facebook
  • Twitter
  • Telegram
  • VK
  • Печать
  • Email
  • Скопировать ссылку
19.11.2020
Александр Березин
215
34 855

Вакцинный блицкриг: Россия получила эффективную вакцину от коронавируса. Но это не поможет остановить его ближайшей зимой, и вот почему

6.4

Уровень избыточной смертности от коронавирусной эпидемии в России в этом ноябре — две тысячи человек в сутки. В Сталинградской битве было примерно столько же, и это значит, что страна испытает колоссальный спад населения по итогам года. Огромные цифры смертности типичны и для других государств, поэтому нужда в вакцине в мире без преувеличения огромна. Более того, сами эти препараты и возможность производить их в больших количествах у нас есть. Вот только похоже, все это нам не поможет. Разбираемся почему.

Вакцина от коронавируса
То, что на фото, должно было стать символом победы над коронавирусом. Оно и станет -- но сперва вирус уложит в землю еще сто тысяч наших соотечественников. И это в лучшем случае / ©ugra-news.ru / Автор: Caristania Fabricius

Масштаб катастрофы

Чтобы понять, как надо реагировать на угрозу, нужно понять, каков масштаб угрозы. К сожалению, с этим делом в нашей стране случилась информационная катастрофа. Возьмем данные оперативного штаба по коронавирусу за май-сентябрь 2020 года. Там рассказывают о 20 722 смертях от коронавируса за этот период, Росстат до сентября показывает лишь 55,67 тысячи смертей от Covid-19, и во всех случаях это грубое занижение.

Как показывают цифры того же Росстата, за май-сентябрь 2020 года избыточная смертность в России составила 119 тысяч человек. В этот же период цифры смертности у нас стали публиковать с двухмесячной задержкой (а не с месячной, как ранее), поэтому официальных данных о числе избыточных смертей за октябрь нет. Судя по данным отдельных ЗАГС, они выше сентябрьских – возможно, до сорока тысяч человек. На начало ноября избыточная смертность в нашей стране за шесть месяцев эпидемии достигла ~150 тысяч. Иными словами, от эпидемии уже умер каждый тысячный житель России (0,1% населения).

Источники:
май: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/yjmHZnUV/edn05-2020.htm
июнь: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/dUhQs3DJ/edn06-2020.htm
июль: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/qESXsQHc/edn07-2020.htm
август: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/fBtgkZHk/edn08-2020.htm
сентябрь: https://rosstat.gov.ru/storage/mediabank/vuOQk0xl/edn09-2020.htm

Напомним: еще в мае мы сами пытались найти альтернативное объяснение избыточной смертности в России, найти факторы, которые не относились к эпидемии, но могли бы дать такую смертность. К началу июня, однако, мы пришли к выводу о том, что таких объяснений нет, и что дело именно в коронавирусе.

Отказ Росстата от публикаций данных общей смертности в обычном режиме не успокоил население, а, напротив, встревожил его еще сильнее. Перефразируя Шан Яна, только глупый чиновник может думать, что, утаивая что-то от СМИ, он сможет успокоить людей. Опытный чиновник знает, что, скрывая что-то от СМИ, он неизбежно даст информационную монополию тем членам общества, кто выступает против него.

Так случилось и в этот раз. Уволенный сотрудник Росстата Алексей Ракша провел собственный анализ первичных данных ряда российских ЗАГСов, и определил, что в октябре 2020 года избыточных смертей было более 40 тысяч. Более того, он констатирует, что в среднем масштаб недоучета смертей – а попросту говоря, их занижения – в данных оперштаба пятикратный. То есть когда вы видите в СМИ «сегодня в России от коронавируса умерло 400 человек», то реальная избыточная смертность за эти сутки – примерно две тысячи.

Исходя из этого, он предполагает, что общее число избыточных смертей за ноябрь 2020 года в России будет 80 тысяч. На основании наших оценок мы предполагаем, что он ошибается, и фактическая цифра вряд ли заметно превзойдет 60, от силы 70 тысяч человек. Общая избыточная смертность за май-ноябрь в этом случае будет не менее 200 тысяч, и, возможно, достигнет ~210 тысяч человек.

Но следует подчеркнуть: хотя наши оценки и ниже, чем у Ракши, это все равно немыслимо много. Такой безумной, фантастической избыточной смертности наша страна не знала с 1990-х годов, времени коллапса существовавших в ней систем – от экономики до здравоохранения. Оказаться снова в девяностых – это последнее, чего могло ожидать население России в начале 2020 года, на старте эпидемии.

Почему мы так подробно остановились на масштабах смертности от эпидемии? Чтобы сделать более понятным, насколько на самом деле остра ситуация (и такова она во многих других странах мира). И чтобы сделать более ясным, почему вопрос вакцины сегодня – это в прямом смысле вопрос жизни и смерти для огромного числа людей.

Если в декабре-феврале 2020-2021 годов в стране будет такая же избыточная смертность как в ноябре, то к весне у нас будет еще ~200 тысяч избыточных смертей. А общее число жертв эпидемии в России составит 0,4 миллиона человек. Такую избыточную смертность наша страна последний раз наблюдала в первой половине девяностых годов – находясь в катастрофическом состоянии.

Истинный масштаб происходящего в больницах мало кто замечает – несмотря на то, что от эпидемии уже умер каждый тысячный из нас / ©Артем Геодакян/ТАСС

При этом следует отчетливо понимать, что на сегодня массовая вакцинация – единственный способ остановить повторение катастрофы девяностых в плане смертности. Да, Китай и Вьетнам справились краткими карантинами. Но, увы, наши власти и наше население – не чета китайским и вьетнамским.

У нас нет достаточно жесткого и дисциплинированного госаппарата, и точно такие же проблемы у нас с населением. Достаточно вспомнить, что маски, как теперь точно известно, снижают вероятность заражения, но большинство жителей нашей страны носят их ниже носа (и это если вообще носят). Ни о каком подавлении эпидемии при таких «усилиях» не может быть и речи.

Кроме вакцины, других реальных способов борьбы с коронавирусом здесь нет и не будет. Прошедшие месяцы эпидемии показали это с безжалостной наглядностью.

Примечание, которое может пропустить любой, кто не является свидетелем «смертей от карантина, а не от эпидемии»

Эта часть поясняет базовые моменты статистики смертности, и если они вам неинтересны – лучше пропустить. Итак: почему мы берем как избыточную смертность разницу в смертях 2019 и 2020 годов? Ведь в других странах берут усредненные данные за пять прошлых лет, а не за один год?

Ответ: брать пятилетнее среднее имеет смысл только в странах типа США, где смертность уже устоялась. В России смертность не устоялась, ибо за последние много лет она у нас падает. Смертность в 2019 году была ниже, чем в 2018, а в том – ниже, чем в 2016 году. И так далее. Более того, первые четыре месяца 2020 года – до начала массовой коронавирусной вспышки – эта тенденция сохранялась: за январь-апрель 2020 года умерло меньше, чем за аналогичный период 2019 года. Поэтому реальная избыточная смертность может быть даже чуть выше, чем 119 тысяч человек – без эпидемии смертность 2020 года тоже была бы ниже, чем в 2019 году.

Человек с маской, которая не покрывает нос — типичное зрелище на любой улице любого российского города / ©ТАСС

Еще один стандартный вопрос: «откуда мы знаем, что избыточная смертность в России от эпидемии, а не от карантина?»

Ответ на него тоже стандартный: в России в 2020 году никакого карантина не было (так же, как в США и массе других стран). Карантин был в Китае, поэтому там коронавирус и задавили.

То, что было в России, даже по закону не определяется как карантин – это называлось «нерабочими днями» и длилось очень недолго. Уже к июню никакого «локдауна» в нашей стране не было. Люди с цепкой памятью помнят, что в июле 2020 года в масках, не опущенных ниже носа, ходил мало кто. И тем не менее, избыточная смертность была ~30 тысяч, то есть намного выше, чем в мае-июне, когда был частичный «локдаун». Из этого видно, что никакие «ограничительные меры» избыточную смертность никак не увеличивают. А вот коронавирус – вполне.

А что с вакциной?

Вернемся к более содержательным вопросам. Что у нас с вакциной? В начале апреля 2020 год Naked Science уже рассматривал вероятность появления новых вакцин. Тогда мы пришли к выводу, что самый оптимистичный срок их появления – осень этого года. Как ни странно, именно это и случилось.

Уже 9-15 ноября 2020 года в Москву и регионы поступили 70 тысяч доз вакцины «Спутник-V», предназначенные для введения врачам – то есть, помимо клинических испытаний. Это результат той самой регистрации, о которой мы писали в августе. Особое подчеркнем: эти 70 тысяч доз отправляли не для хранения (оно осуществляется на централизованных складах производителей, где уже в начале ноября было более ста тысяч доз), а именно для введения.

Энергичное освещение вакцины в СМИ у Российского фонда прямых инвестиций вполне получилось. А вот ее массовое производство, увы, катастрофически запаздывает. Остается только догадываться, сколько людей заплатят за это своими жизнями / ©РИА Новости

На первый взгляд, это отличные новости: в России, впервые в мире, началась вакцинация лиц вне клинических испытаний. Больше десяти тысяч доз в сутки пока нигде не вводят.

Увы, на самом деле 10 тысяч вакцинаций в сутки – это безнадежно мало. Чтобы остановить эпидемию, вакцинация должна охватить хотя бы 60-70% населения. В наших условиях – это сто миллионов человек. Поскольку вакцина двухдозная – двести миллионов доз. Чтобы успеть вакцинировать всех хотя бы за 200 дней, нужно делать миллион вакцинаций в сутки – в сто раз больше, чем сегодня. Можем ли мы это сделать?