Оптимизация мозга и накачанный палец: что сделает с человеком эволюция
Чтобы отследить явные изменения в эволюции человека, нужно около десяти тысяч лет, поэтому точно сказать о внешности потомков сложно, но предположить можно. «Мосгортур» побывал в Государственном Дарвиновском музее и попытался разобраться, какими мы станем в будущем.
Труд из обезьяны человека сделал
Род Homo (человек) существует около 2,5 миллиона лет, наш вид, «человек разумный», гораздо младше — ему 200 тысяч лет. Предпоследняя, «обезьянья» стадия, из которой вышел наш вид — австралопитеки. Они жили три-семь миллионов лет назад. Вели они себя как самые обычные обезьяны, внешне тоже мало походили на человека в нашем сегодняшнем представлении, тем не менее ученые классифицируют их как предков первых, древних людей.
Главное отличие современного человека от древних видов людей заключается в развитии мозга. Наши предки придумывали что-то новое, создавали прогрессивные варианты тех или иных предметов, в первую очередь, чтобы облегчить себе жизнь. От австралопитеков до современного человека люди эволюционировали два миллиона лет.
Это рудименты и атавизмы. Первые — те, что в процессе эволюции утратили значение, но осталось в организме, например, зубы мудрости и остатки третьего века в глазу. Рудиментами можно считать и волосяной покров на теле: у человека волос примерно сколько же, сколько и у других человекообразных обезьян, но у нас они тоньше и никакой пользы для организма не несут, разве что приподнимаются, когда мы замерзаем или злимся. Но в первом случае у нас есть одежда и теплые квартиры, а во втором — множество других способов выразить эмоции.
По многим возможным рудиментам ученые до сих пор не могут прийти к единому мнению. Например, в XX веке рудиментом объявили отросток слепой кишки — аппендикс, и в некоторых странах проводили массовые операции по его удалению, потому что считали, что никакой полезной для организма функции он не несет. Однако позже выяснилось, что в нем живут специфические бактерии, которые очень полезны для пищеварения и иммунитета.
Атавизмы — очень старая память генов. Они помнят времена, когда мы ходили на четырех ногах и даже плавали в воде. Поэтому наследие древних предков, порой, проявляется в весьма странных формах. Например, иногда у новорожденных встречаются не два соска, а больше, или хвост, который сразу же удаляют.
За несколько десятков тысяч лет эволюция отразилась на физиологии человека. Так, рост людей в среднем менялся и меняется до сих пор с разной скоростью в разных точках планеты. Когда люди начали заниматься земледелием, то стали более низкорослыми, хилыми и больными из-за периодического голода и скудости состава монокультуры. С началом феодализма, из-за развития городов и улучшения питания, рост, напротив, постепенно стал увеличиваться, люди раньше достигали полового созревания. Эта тенденция продолжается и сейчас.
Установлено также, что мозг человека физически становится меньше. До начала эпохи земледелия он рос, а после начал уменьшаться, и уменьшается по сей день. На интеллекте это никак не отражается (хотя вопрос этот неоднозначен — Прим. NS) — считается, что мозг оптимизируется, как компьютерная техника, которая совершенствуется и становится компактнее.
Эволюция стоит на месте
Тема эволюции современного человека очень сложна, и однозначно высказываться на эту тему ученые не берутся. Во-первых, люди очень многочисленны, а экосистема планеты не была готова к тому, что когда-нибудь нас станет больше семи миллиардов человек. Во-вторых, любое живое существо сильно зависит от природных условий. Эволюция происходит, когда эти условия меняются.
Мы же сейчас создаем эти условия сами — можем переезжать, если нам что-то не нравится, зимой у нас есть отопление, летом — кондиционер, одежда, соответствующая погоде. Таким образом, мы сглаживаем какую-либо возможность меняться, потому что искусственно создаем условия, чтобы оставаться самими собой.
Кроме того, человечество разбито на популяции, и каждая живет в своем государстве. В зависимости от политики каждой страны люди будут двигаться в ту или иную сторону. Эволюционные изменения можно проследить в срок не менее десяти тысяч лет, и, скорее всего, никаких радикальных перемен не произойдет.
Незначительные изменения в будущем могут касаться ослабевания тела, так как мы переложили все физические нагрузки на технику, но никакой единой, выраженной для всех тенденции нет. Нельзя сказать, что через сто тысяч лет люди станут какими-то одинаковыми.
Обратная сторона компьютерного прогресса
Сидячий образ жизни — локальная проблема стран первого экономического эшелона и отдельных групп людей (но не общемировая). Это плохо сказывается на здоровье — развиваются проблемы с желудочно-кишечным трактом, зрением, падает потенция, но это не эволюционно передающиеся признаки, а болезни. Если здоровый при рождении человек пару десятков лет проработает менеджером в офисе, скорее всего, у него появятся какие-то сопутствующие болезни, но потомкам их он не передаст.
Технический прогресс тоже имеет локальный характер. Многие люди на планете не имеют доступа к современным технологиям, даже к смартфонам. Но даже в технически развитых государствах на геноме людей засилье технологий пока не отражается. Разве что чуть-чуть.
Например, в Японии подавляющее большинство людей никогда не расстается со смартфоном, поэтому за 10-15 лет у человека сильно меняется большой палец на преобладающей руке — значительно увеличивается и становится более мощным у основания. Правда, потомкам это не передается. Если какие-то эволюционные изменения из-за современных технологий и произойдут, то только через десяток тысяч лет и при условии повсеместного активного использования гаджетов.
Естественный и неестественный отбор, как главный двигатель эволюции
Чтобы люди изменились как вид, должен произойти естественный или искусственный отбор. Например, если бы абсолютно все женщины предпочитали лучших бегунов, то через 10-20 тысяч лет ноги и мышцы у людей стали бы длиннее, а скорость бега повысилась. Эволюцией предусмотрен отбор лучших признаков для заданных условий жизни, которые передаются потомкам, но у людей сегодня нет такого категоричного отбора.
Вероятнее всего, в будущем все мы будем такими же разными, как и сейчас, если не случится чего-то радикального — например, природной или техногенной катастрофы. В таком случае выжившая группа будет распространять свои гены, и человечество станет более однообразным.
Текст подготовила Екатерина Баранова
«Мосгортур» выражает благодарность старшему научному сотруднику Государственного Дарвиновского музея антропологу Елене Владимировне Судариковой за помощь в подготовке материала.
Telegram 
Дзен 
VK 
