В Германии нашли золото кельтов

Недалеко от деревни Байц в немецкой земле Бранденбург археолог-любитель Вольфганг Херкт (Wolfgang Herkt) нашел десять золотых монет. Впрочем, любителем его можно назвать с натяжкой: Херкт — почетный хранитель Бранденбургского земельного управления по охране памятников и Бранденбургского государственного археологического музея. После того как он сообщил о находке коллегам, на месте начались археологические раскопки.

С тех пор нашли в общей сложности 41 монету. Большая часть из них — золотые, хотя есть несколько серебряных и даже медных экземпляров. Монеты имеют необычную чашеобразную форму, их еще называют «радужными кубками» и прочно связывают с кельтской традицией чеканки денежных знаков. И вот тут начинаются сложности.

Дело в том, что кельты никогда не жили на территории современной земли Бранденбург. И, соответственно, кельтское золото там никогда ранее не находили (хотя вообще золотые монетные клады раскапывали). Что особенно интересно: эта находка — второй по величине клад «радужных кубков» за всю историю, а самый крупный обнаружили в Британии, где кельты, само собой, жили.

Сравнив вес и размер монет с монетами из других древних кладов, специалисты датировали их чеканку периодом 125-30 годы до нашей эры, поздний железный век. Исследователи связывают их с латенской археологической культурой. Она соотносится с кельтами и была распространена в Центральной и Южной Европе, а также в Британии и Ирландии в V-I веках до нашей эры (до начала масштабных римских завоеваний). К I веку до нашей эры (предположительное время чеканки монет) представители латенской культуры занимали территорию нынешних Англии, Франции, Бельгии, Швейцарии, Австрии, юга Германии и Чехии. Но не землю Бранденбург: она оставалась к северу от ареала культуры.

Клад нашли на месте раннегерманского поселения, относящегося к ясторфской археологической культуре. Вообще, ясторфская культура — довольно спорная тема в профессиональном археологическом сообществе. Раскопками поселений и могильников, относящихся к ней, занимались в основном немецкие археологи, они же формировали теоретические обоснования.

Так, первооткрыватель ясторфских памятников Густав Швантес считал ядром (по его мнению, была еще периферия) этой культуры, помимо севера Германии, Ютландию. В немецкой археологии даже сформировалось понятие «Ясторфская цивилизация». Датские же коллеги Швантеса с такой постановкой вопроса были категорически не согласны. В итоге общего мнения о том, где проходила северная граница ясторфской культуры, до сих пор нет.

В любом случае земля Бранденбург входит в ее ядро. Одна-две кельтские монетки могли быть случайностью, результатом многократных обменов между соседними регионами. Но 41 монета, скорее всего, указывает нам на то, что между кельтами и местным населением проводились крупные торговые операции. Они, как мы понимаем, не могли идти, если между народами не было мирного сотрудничества.

Поэтому находка такого количества типичных кельтских артефактов говорит прежде всего о том, что мы недостаточно хорошо представляем себе экономические связи разных регионов Европы в позднем железном веке. Дело в том, что историки всегда предпочитают письменные источники, если те не противоречат археологическим находкам. И история Европы периода начала римских завоеваний нам известна в основном по свидетельствам самих римлян.

А эти источники иногда вызывают удивление: в них забывали перечислить воинские соединения, участвовавшие в той или иной кампании (хорошо хоть полководцев называли всегда), зато не жалели красок для описания дикости, свирепости и кровожадности народов, населявших земли, подлежащие завоеванию. Именно поэтому находка кельтских монет в явно германских землях так важна: чем больше археологических (материальных) свидетельств будет противоречить римским источникам, тем лучше мы сможем понять настоящую историю Европы перед началом нашей эры, а не ту, что написана победителями.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram