Графен и мировая техническая революция
11.04.2016
26 минут
Редакция
708

Графен и мировая техническая революция

Графен – двумерный крис¬талл, состоящий всего из одного слоя атомов углерода. Внедрение в электронику этого невзрачного, на первый взгляд, материала, который пытались получить много лет, может произвести новую техническую революцию.

4

О перспективах использования графена нам рассказал один из главных специалистов по этому удивительному материалу, профессор Университета Радбауда (Нидерланды), доктор физико-математических наук, почетный доктор Уппсальского университета, лауреат премии Спинозы Михаил Кацнельсон.

 

©alphagalileo.org

 

Михаил Кацнельсон –  основные результаты в области теории сильно коррелированных сис­тем, физики магнетизма, графена. Участвовал в открытии киральных квазичастиц в однослойном и двуслойном графене, рипплов на графене, гид­рогенизированного графена (графана), создании первого графенового транзистора. Предсказал клейновское туннелирование, определяющее особенности электронного транспорта в графене и подтвержденное экспериментально / 

 

Михаил Иосифович, что же представляет из себя графен? 

Графен – это первый строго двумерный материал. Свойства любого материала определяются не только химическим составом, но и расположением атомов. С углеродом это особенно понятно. Всем известно, насколько разные алмаз и графит, хотя состоят они из одних и тех же атомов углерода. Но эти атомы разным образом упорядочены в пространстве, что приводит к колоссальному различию свойств. 

 

Во всех известных до недавнего времени материалах атомы упорядочены в трех измерениях, поэтому они, соответственно, имеют длину, ширину и высоту. А графен – это один слой углеродных атомов, взятый из графита. У него есть длина и ширина, а глубины, по сути, нет, поэтому мы и называем его двумерным. 

 

Каковы перспективы внедрения графена в нашу современную жизнь? 

Сейчас важно сказать, что графен – всего лишь первый представитель класса двумерных материалов, и в настоящее время широко исследуются другие материалы этого же класса. О графене, как таковом, сейчас даже уже не говорят – говорят о двумерных материалах вообще.

 

Есть, например, слоистый нитрид бора. Он имеет ту же кристаллическую структуру, что и графен, только половина атомов углерода в нем заменена атомами бора, а другая половина – азотом. Свойства такого материала получаются совершенно другими: если графен – это полуметалл с достаточно большой электронной проводимостью, то нитрид бора – это широкозонный изолятор. У него примерно такая же энергетическая щель, как у алмаза. Другой популярный материал сейчас – дисульфид молибдена. Его параметры уже типично полупроводниковые, очень близкие к тому, что мы имеем в обычном трехмерном кремнии или германии. 

Так что если говорить о каких-то перспективах замены кремния – это будет, скорее, даже не графен, а дисульфид молибдена или дисульфид вольфрама. Это сейчас очень популярные материалы, и их появляется все больше и больше.

Очень важно и то, что двумерные материалы можно комбинировать: скажем, взять слой графена, слой нитрида бора, а затем – опять слой графена. И электроны будут проникать (физики говорят «туннелировать») из графена в графен через нитрид бора. Это комбинации, которых нет в природе, но которые можно сделать искусственно, при этом возникает поразительно интересная новая физика, и, возможно, новые технические приложения. 
 

Графен – двумерная аллотропная модификация углерода, образованная слоем, толщиной в один атом, организованным в гексагональную кристаллическую решетку. Его можно представить, как плоскость, срез графита, отделенный от объемного кристалла. Графен обладает огромной механической прочностью и рекордно высокой теплопроводностью. Необычайно высокая подвижность электронов в нем делает графен перспективным материалом для использования в самых различных приложениях, в частности, как будущую основу наноэлектроники и возможную замену кремния в интегральных микросхемах .

 

Графен / ©Getty

 

Для чего нужны эти новые виды материалов? 

Это очень важно и с прикладной, и с фундаментальной точек зрения. Поскольку я – теоретик, скажу сначала о второй. Наше понимание электронных свойств крис­таллов основано на регулярности расположения атомов в их решетке. Это хорошо развитая теория, описывающая квантовую механику систем, которые обладают строгими свойствами периодичности. Но если вы, например, возьмете слой графена и слой нитрида бора, то у нитрида бора будет своя периодичность, а у графена – своя. Это то, что мы называем несоизмеримый потенциал. Сос­тояние электронов в таком несоизмеримом потенциале – это фундаментальная проблема квантовой механики. Но вот, оказывается, можно эти структуры, состоящие из графена и нитрида бора, контролируемым образом переводить от соизмеримых потенциалов к несоизмеримым, смотреть, как это влияет на электронные свойства. Это абсолютная базовая физика и самый последний «писк» в физике двумерных материалов.

 

Прикладными вещами, к сожалению, я не занимаюсь, но кое-что сказать об этом можно. Прежде всего, всех, конечно, интересует, можно ли сделать транзистор. Оказывается, что из графена обычный транзистор по типу кремниевого и германиевоего (который работает на так называемых np- и pn-переходах) сделать нельзя, поскольку природа носителей тока в графене совершенно особая. Этому посвящена моя самая известная работа по теории графена, то, что мы назвали клейновским туннелированием. Оно сводится к тому, что электроны в графене могут очень легко проникать через любые потенциальные барьеры, поэтому у вас получается транзистор, который невозможно запереть. А ведь самая важная характеристика транзистора – это отношение тока в состоянии, когда он отперт и когда заперт… 

Чтобы решить эту проблему, пару лет назад мы предложили так называемую вертикальную геометрию, когда мы имеем дело с электронами, которые распространяются не в одном слое графена, а с одного слоя на другой, через прослойку нитрида бора или дисульфида молибдена. Это так называемый туннельный транзистор, для которого нет ограничений, связанных с клейновским туннелированием. С его помощью можно достичь разумных, интересных для техники отношений тока в запертом и открытом состоянии. 

 

С помощью графена планируется удешевить процесс преобразования морской воды в пресную. Фильтр будет представлять из себя графеновую мембрану с отверстиями настолько малыми, что они не будут пропускать частицы соли. Устройство будет прочным и долговечным, его можно будет использовать для опреснения воды в больших объемах / ©Getty

Насколько мне известно, представители электронной промышленности восприняли этот подход с большим энтузиазмом. Вполне возможно, что именно такая конструкция транзистора, основанная на двух листах графена, проложенных какими-то другими двумерными материалами, и будет использоваться в технике будущего. В то же время, другие двумерные материалы, например, дисульфид молибдена, привлекают большое внимание как раз потому, что ситуация с ними похожа на то, что мы имеем в кремнии. С ним не нужно сложных ухищрений, можно делать нормальные транзисторы – и они будут работать. 

К сожалению, до сих пор не решена одна принципиальная технологическая проблема – качество образцов. Одна из особенностей графена сос­тоит в том, что связь между углеродными атомами, образующими сетку, – это самая прочная химическая связь в природе. Из-за этого графеновая решетка исключительно правильная, регулярная, туда практически невозможно внес­ти какие-то дефекты. Поэтому электронная подвижность в графене колоссальная. А вот, скажем, у того же дисульфида молибдена связи не такие прочные, в него могут вноситься и дефекты, и разные включения. Отсюда возникает другая большая проблема с этими новыми материалами (кроме графена) – не очень высокая подвижность электронов в их структуре. 

Поэтому, если говорить об использовании двумерных материалов в электронике – а это самая важная сфера применения, – то можно заметить, что пока открываются различные конкурирующие возможности, и не очень понятно, какая окажется наиболее перспективной. Можно напрячь все силы и постараться получить дисульфид молибдена или вольфрама исключительно высокого качества, либо, все-таки, работать с графеном, который до сих пор уникален в плане механической прочности и в плане подвижности электронов. Но законтактировать с ним напрямую кремниевую электронику не получится, поскольку природа носителей тока совершенно другая. 

 

 ©Getty

 

Помимо невероятной прочности, графен имеет и отличные проводящие свойства. Ученые предложили способ создания суперконденсатора с помощью графена и… DVD-привода. Происходит это так: оптический диск покрывается слоем оксида графита, а затем лазером пишущего DVD-привода выжигаются очертания электродов. Под действием красного лазера оксид графита превращается в графен, электропроводность которого в 6 раз выше, чем у исходного материала. Менее чем за полчаса удается получить более 100 графеновых суперконденсаторов на одном диске, каждый из которых уже можно использовать в качестве аккумулятора.

 

Как еще можно использовать графен и другие двумерные материалы, помимо внедрения в электронику? 

Я начал с самого многообещающего приложения – с транзисторов и с перспективы производства компьютерных чипов из двумерных материалов. Как я уже сказал, транзисторы на основе этих гетероструктур есть: из графена его получили мы, из дисульфида молибдена – другая команда исследователей. Это было сделано пару лет назад. И там, и там проблемы остались чисто технические – научиться делать большие интегральные схемы, повысить качество. Это уже не физика, поэтому что-то предсказать здесь я не могу, но думаю, что прогноз на этот счет – это уже не десятилетия, а годы.

Есть и менее глобальные приложения графена, которые прорабатываются уже сейчас или будут созданы в ближайшем будущем. Например, графен – идеальный материал для сенсорных экранов. Ведь что нам для этого нужно? Самое главное – материал должен быть прозрачным и проводящим. То, что используется в современных тачскринах, мобильных телефонах и т. д., делается на основе окиси индия. Но индий – редкий металл, он дорог, его месторождения немногочисленны. Поэтому производители мобильных телефонов и прочей техники уже давно и серьезно интересуются графеном как возможным материалом для сенсорных экранов. Особенно интенсивно работают над этим в Корее и в Китае, пионером этих исследований стала фирма Samsung. 

Главным камнем преткновения долгое время оставалось то, что графен, полученный знаменитым методом липкой ленты, замечателен для научных исследований, но астрономически дорог для технических приложений. Но вот несколько лет назад была разработана технология осаждения химических паров (когда на поверхность подходящего металла, например, меди, оседают горячие пары углерода). Этот графен, конечно, не обладает такими хорошими свойствами, как извлеченный при помощи липкой ленты из графита, зато размеры его ничем не ограничены, и он очень дешев. Это, в принципе, решило проблему. Не знаю, появились ли уже графеновые экраны на рынке, или нет, но Костя Новоселов (один из первых исследователей графена, получивший за свои работы Нобелевскую премию – NS) недавно рассказывал, что одна из компаний уже подарила ему мобильный телефон с графеновым экраном. Так что, если такие тачскрины еще не появились в продаже, то появятся совсем скоро. 

 

 ©Getty

 

Электроды из графена отличаются высокой прочностью и большей прозрачностью, чем современные олово-индиевые аналоги. К тому же, новая технология дешевле и экологичнее, так как не требует применения редких металлов.

Пойдем дальше. Всем известно, что работающая электроника разогревается, и от нее нужно постоянно отводить тепло. Здесь полезно другое удивительное свойство графена – его исключительная теплопроводность, лучше, чем у любого металла. Поэтому, даже если транзисторы оставить кремниевыми, графен можно использовать как подложку. Это будет очень эффективный отвод тепла, и микросхемы не будут так сильно греться. 

Большой энтузиазм в связи с использованием графена сейчас можно наблюдать в фотонике и фотовольтаике: графен считается очень перс­пективным материалом для всевозможных светодетекторов, может быть, даже для солнечных батарей. Не могу оценить, когда такое применение графена пойдет в народное хозяйство, но, думаю, это тоже скорее годы, чем десятилетия. 

Есть и совсем экзотические приложения. В частности, некоторые исследователи пытаются использовать графен для весьма неожиданной вещи – для экспресс-анализа ДНК. Если будет найден способ делать такой анализ очень быстро и дешево, то это, конечно, может серьезно изменить здравоохранение, да и всю нашу жизнь. Тут дело в том, что графен – это всего один слой атомов, в котором можно делать «дырочки», выжигая их, например, ионным пучком. И если затем вы сможете протащить сквозь такую дырочку молекулу ДНК и подведете контакты, вам останется просто измерять проводимость, туннельный ток поперек этой молекулы. А он для каждого нуклеотида будет свой. Насколько мне известно, пока это не удалось никому, но люди над этим работают. 

Какие еще приложения можно себе представить? Самые разные. Потому что у графена, помимо прочих свойств, еще и интересная химия. Его можно использовать для получения новых материалов, например, фторировать, получая флюорографен. Это двумерный аналог известного всем домохозяйкам тефлона, которым покрывают сковородки. Но, в отличие от тефлона, флюорографен намного тоньше и прочнее. А вообще, применение этого прочного, тонкого и очень химически инертного двумерного материала может быть ограничено разве что человеческой фантазией. 

 

 ©Getty

 

Практическое применение графена, действительно, может быть ограничено лишь человеческой фантазией. Не так давно стало известно, например, что фонд Билла и Мелинды Гейтс выделил грант в размере 100 тыс. долларов для создания… графеновых презервативов. Стоит ли говорить, что такая перспектива может полностью разорить производителей тех же изделий из традиционного латекса. С тонкостью и сверхпрочностью графеновых презервативов не сможет конкурировать ни один ранее созданный материал. 

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl + Enter.
Вчера, 15:32
4 минуты
Полина Гершберг

Периваскулярная жировая ткань вокруг сосудов не только накапливает липиды, но и непосредственно влияет на релаксацию сосудистых тканей.

Вчера, 15:32
17 минут
Александр Березин

На борту круизного лайнера Diamond Princess в феврале 2020 года случился настоящий разгул эпидемии Covid-19. Судно поместили на карантин, во время которого по идее пассажиры должны были отсиживаться по каютам. Несмотря на это, каждый шестой там заболел. За пределами Китая нигде больше нет такого числа заразившихся — ни в одной стране. Стали говорить, что этот корабль — прообраз будущей эпидемии коронавируса по всей планете. Мол, раз тут карантин не помог, значит, не сдержит болезнь и в мировом масштабе. На самом деле, задолго до коронавируса путешествия на круизных лайнерах стали называть «плаванием к болезни». Предположительно роскошное времяпрепровождение часто оборачивалось инфекцией и до коронавируса. Не приходится удивляться, что новому вирусу пришлись по вкусу именно круизные лайнеры. Почему так — рассказываем ниже.

Вчера, 12:20
4 минуты
НИТУ «МИСиС»

Коллектив ученых из НИТУ «МИСиС» провел комплексную оценку влияния нано- и микродобавок алюминия, бора, цинка, никеля, меди и молибдена на скорость горения твердого топлива, содержащего алюминиевые порошки. Эксперимент показал, что наиболее эффективными добавками являются наночастицы меди. Добавление ее в топливо позволит увеличить скорость ракет в пять раз.

17 февраля
5 минут
Мария Азарова

По мнению исследователей, мидии погибли вследствие «теплового стресса», вызванного повышением температуры океана.

18 февраля
8 минут
Полина Гершберг

Один из наиболее полезных режимов питания оказался хорош с неожиданной стороны: выяснилось, что он способствует развитию кишечных бактерий, связанных с улучшением качества жизни пожилых людей.

19 февраля
4 минуты
Сергей Васильев

В галактике Маркарян 231, расположенной в полумиллиарде световых лет от нас, нашли облака молекулярного кислорода — впервые где-либо вне Млечного Пути.

11 февраля
4 минуты
Сергей Васильев

Экспериментальные данные указали на виды физических нагрузок, которые стимулируют нейропластичность мозга.

28 января
25 минут
Александр Березин

Недавняя научная работа предрекла серьезную эпидемию коронавируса 2019-nCoV. Согласно ей, 95% зараженных еще не зарегистрированы властями, а значит, через пару недель в одной Ухани будут сотни тысяч заболевших. При наблюдаемой смертности от вируса в 2,36% — это многие тысячи погибших. На самом деле, новая работа скорее «ловит хайп» или, если угодно, пытается держать мир настороже, чем описывает реальную эпидемию. Последние данные по заразности коронавируса показывают: он действительно неблестяще передается от человека к человеку. Для эпидемии в Китае этого достаточно, но большое число жертв за пределами этой страны маловероятно. Выясняем почему.

28 января
3 минуты
Полина Гершберг

Ученые создали информационную панель, показывающую распространение китайского коронавируса по миру в режиме реального времени. Данные вносятся из подтвержденных источников — это поможет бороться с дезинформацией.

[miniorange_social_login]

Комментарии

Написать комментарий

Подтвердить?
Лучшие материалы
Предстоящие мероприятия
Войти
Регистрируясь, вы соглашаетесь с правилами использования сайта и даете согласие на обработку персональных данных.

Сообщить об опечатке

Текст, который будет отправлен нашим редакторам: