Генетики нашли прапраправнука мезолитической шаманки

Одна из самых интересных находок, относящихся к европейскому мезолиту, — захоронение взрослой женщины и младенца, датируемое примерно 7000-6800 годами до нашей эры. Его случайно раскопали в 1934 году в городе Бад-Дюрренберг (на востоке Германии) во время строительных работ.

Первоначально археологи нашли только останки женщины — и очень необычный погребальный инвентарь. Женщину похоронили в сидячем положении, что тоже очень нетипично для погребений европейских охотников-собирателей той эпохи.

Вместе с ней в могиле находились кремневые артефакты и инструменты, а также предметы из кости и оленьих рогов, кусок красной охры, несколько костей животных, включая панцирь по меньшей мере трех сухопутных черепах и частично пробитые зубы животных. Оленьи рога и шесть кабаньих клыков, по мнению ученых, составляли украшение для головы покойной.

На основе всех этих данных захоронение интерпретировали как шаманское. Позже, во время дополнительных раскопок, археологи обнаружили примерно в том же месте частично сохранившийся скелет младенца. Это породило целый ряд спекуляций. Появились предположения, что младенец — сын женщины, а первоначально тела были сгруппированы так, как если бы она держала его на руках.

Но все это было лишь гипотезами до появления методов анализа ДНК. Первые попытки извлечь ДНК из костей шаманки предприняли немецкие ученые в 2003-2006 годах. Потом, с развитием технологий, такие исследования регулярно повторяли. С их помощью определили, что у женщины были относительно темная кожа, прямые темные волосы и голубые глаза. Это довольно распространенное сочетание черт в ту эпоху, поскольку белокожим население Европы стало несколько позже.

На момент смерти женщине было 30-40 лет. Рост — примерно 1,55 метра, что типично для того времени. Дополнительное изучение костей показало, что крепкими мышцами, характерными для охотников-собирателей, она не отличалась. Особенно это касалось мышц ног. Кроме того, ученые выяснили, что врожденные аномалии развития первого и второго позвонков приводили в некоторых случаях к защемлению кровеносных сосудов.

Его можно вызвать намеренно, приняв определенную позу головы. Последствия вряд ли были бы серьезными или опасными для здоровья человека, но они могли вызвать нистагм — повторяющиеся неконтролируемые ритмичные подергивания глазных яблок с высокой частотой. Эту необычную особенность древние люди могли воспринимать как нечто сверхъестественное, что должно было поддерживать авторитет шаманки.

Геномный профиль предков шаманки полностью совпадает с несколькими десятками других мезолитических охотников-собирателей из Центральной и Западной Европы. Но вот вопрос о ее родстве с младенцем долгое время оставался открытым.

Так как кости ребенка сохранились очень плохо, образцы для анализа ДНК из них брали редко и крайне осторожно. Геномные данные ребенка показали, что он тоже носитель типичных для европейских охотников мезолита генов, поэтому относится к тому же временному периоду. Кроме того, стало ясно, что младенец был мужского пола.

А что насчет его родственных связей с шаманкой? Первые сравнительные методы показали, что в родстве они состояли, но не в близком: мальчик не был ни сыном, ни братом женщины. В 2023 году группа немецких генетиков пошла дальше. Результаты их работы опубликованы в сборнике материалов конференции Propylaeum.

Поскольку к этому моменту уже были получены высококачественные данные по обоим скелетам, ученые использовали недавно разработанный метод, сканирующий образцы ДНК на наличие, количество и длину таких участков в геноме, которые общие для двух особей, — это так называемые участки идентичности по происхождению. Метод оптимизирован для работы с отсутствующими данными, как это часто бывает в фрагментированной древней ДНК. Он позволяет обнаружить биологическое родство вплоть до 10-й степени.

В результате исследователи выяснили, что женщина и младенец связаны четвертой или пятой степенью родства. По их мнению, родство шло по прямой линии, что делает шаманку прапрапрабабушкой (или даже еще раз «пра») младенца. В этом случае женщина не могла знать о существовании своего потомка, поскольку временной промежуток между их смертями составил бы не менее 60-80 лет.

Это ставит вопрос о датировке скелета младенца. Авторы статьи отметили, что одна из костей мальчика дает возможность провести повторное датирование по углероду-14. В этом случае новые данные могут существенно изменить наши представления о самом необычном погребении мезолитической Европы.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram