Зубной камень помог выяснить, когда в Евразии появилось молочное животноводство

Работа, поддержанная грантом Российского научного фонда (РНФ), опубликована на страницах журнала Nature Ecology & Evolution. Скотоводство стало важной частью жизни обитателей Европы, Азии и Африки примерно 9-3,5 тысячи лет назад. Домашние животные давали людям материал для изготовления одежды и орудий, а также пищу. Археологические и археогенетические данные говорят о том, что животноводство постепенно распространилось и в Понтийско-Каспийской степи, простирающейся от берегов Черного моря на восток до берегов Каспия. Вместе с тем, до конца неясно, когда именно это произошло и как условия среды повлияли на последующие пути миграции скотоводов.

«Еще меньше нам известно о том, когда люди начали заниматься молочным животноводством, особенно на Кавказе, — рассказывает участник проекта РНФ Наталья Шишлина, доктор исторических наук, главный научный сотрудник Исторического музея и Кунсткамеры. — Археологические артефакты, относящиеся к самому началу скотоводческой деятельности человека, не содержат доказательств того, что люди разводили домашний скот для получения молока. Однако где-то эта практика должна была появиться, чтобы затем “захватить” Евразию! Участвуя в новом проекте, мы решили разобраться в вопросе».

Международная группа ученых исследовала протеом (набор белков), сохранившийся в зубном камне 45 людей, живших на территории Понтийско-Каспийской степи и соседних регионов Южного и Северного Кавказа, Окско-Волжско-Донского и Восточного Урала 9–3,5 тысячи лет назад. Подход довольно прост: если человек употреблял молочные продукты в пищу, на его зубах останутся соответствующие белки. Последние различаются у разных видов животных, а потому часто можно даже понять, кто именно «кормил» людей.

Результаты анализа показали, что молочное животноводство существовало уже семь тысяч лет назад в предгорье и степной зоне Северного Кавказа. Интересно, что люди пили овечье молоко — поэтому в зубном камне человека этого периода нашли исключительно его белки. В то же время, как свидетельствуют археологические находки, крупный рогатый скот забивали на мясо и использовали в ритуальных жертвоприношениях и перевозках как тягловое животное.

Примерно 4–5 тысяч лет назад рацион скотоводов обогатился козьим и коровьим молоком: развитие экономических стратегий привело к изменению стада. Теперь степные и кавказские жители разводили коз и коров и употребляли их молоко. Затем настал период засухи вместе с холодными зимами, люди снова отдали предпочтение овцам, которые пьют меньше воды и лучше переживают холода. В конце концов условия стали совсем непригодны для скота, народы покинули степи и предгорья и поднялись на плато, где еще оставались пастбища.

Около трех тысяч лет назад люди вновь спустились в степи, но теперь они сосредоточились на разведении лошадей. Эти животные способны выкапывать траву из-под глубокого снега, то есть тебеневать, а потому даже зимой находят пропитание. Они также лучше приспособлены к жизни в степи, чем овцы. Однако такие выводы основаны на работах коллег, а не на результатах анализа протеома зубного камня — авторы работы не обнаружили следы лошадиного молока в зубном камне людей, которые жили раньше. Вероятно, кобылье молоко не было столь распространено в регионе, и их одомашнили для других целей, например перевозок грузов и людей.

Примечательно, что жители Окско-Волжско-Донского региона перешли к молочному скотоводству позже жителей Кавказа, только четыре тысячи лет назад, до этого занимаясь охотой, собирательством и рыбной ловлей. В то же время археологические находки свидетельствуют, что впервые скот появился здесь в небольших количествах 6 тысяч лет назад.

«Пока не очень понятно, почему так произошло, равно как до конца не ясны связи между народами изученных регионов. Мы уже как минимум выяснили, когда возникло молочное животноводство, но ряд вопросов еще предстоит уточнить. В этом помогут дальнейшие исследования в области палеогенетики, а также анализ того, чем питались люди и их животные», — подводит итог участник проекта РНФ Елена Каверзнева, старший научный сотрудник Исторического музея.

В работе приняли участие сотрудники Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова (Москва), Института археологии РАН (Москва), Государственного исторического музея (Москва), Государственного унитарного предприятия «Наследие» (Ставрополь), Музея антропологии и этнографии имени Петра Великого РАН (Кунтскамеры, Санкт-Петербург), Самарского государственного социально-педагогического университета (Самара), Липецкого государственного педагогического университета (Липецк) и Института истории и археологии УрО РАН (Екатеринбург) совместно с зарубежными коллегами. 

РНФ

189 статей

РНФ осуществляет финансовую и организационную поддержку фундаментальных и поисковых научных исследований посредством финансирования прошедших конкурсный отбор научных, научно-технических программ и проектов.

Показать больше

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram