Уже скоро американская ракета отправит в полет к Луне экипаж из четырех человек. Некоторые российские космические обозреватели ждут, что это будет последний успех Штатов в лунной гонке, а дальше их начнут опережать китайцы, которые первыми и высадятся на естественном спутнике Земли. Так ли это? Зачем США нужен испытательный полет 2026 года и почему бы не высадиться на Луне сразу? Наконец, зачем вообще все это нужно и что потеряет Россия от того, что никак не участвует во второй лунной гонке?

Наджиб Наджар — концептуальный цифровой художник из Йемена, автор научно-фантастических городских пейзажей. Более десять лет он работает в кино- и гейм-индустрии, создавая визуальные миры, которые оживают в фильмах и играх.

Ю-Цон Тан (YuCong Tang) — концептуальный художник из Китая. Научно-фантастические мотивы — одно из основных направлений его творчества. Он исследует, как научные открытия и технологии будущего трансформируют среду обитания.

Ядерный век начался 80 лет назад, но масштаб новой технологии оказался настолько велик, что полное раскрытие всех ее возможностей происходит только сегодня. А что будет через сто лет? Как атом изменит ситуацию с дата-центрами для ИИ, почему он предрасположен к дружбе с электромобилями и покорением других планет? Насколько он повлияет на нашу жизнь в следующем столетии?

Создать атомную отрасль Москве было куда сложнее, чем ее конкурентам: деление атомного ядра открыли в Германии, там же были и большие запасы урана. США повезло не только с ураном, но и с кадрами. Мигрировавшие туда из-за фашизма европейские ученые стали, как это признавали советские физики, ключевым фактором создания первого американского атомного реактора. Совсем иначе дело обстояло в СССР: почти ноль своей добычи урана, небольшое число ученых, отсутствие массы свободных средств, как у «Манхэттенского проекта». Почему, несмотря на это, отечественной атомной отрасли удалось стать второй в мире? Какие трудности пришлось преодолеть на пути к экстраординарному успеху? И почему у немцев или англичан, имевших большую фору, все это так и не вышло?

Концептуальный дизайнер и художник Вадим Кашин создает научно-фантастические произведения, в которых детально проработанные машины и роботы неотделимы от ландшафта и архитектуры. Кашин работает в жанре, который он сам называет AbstractDiving.

Цифровой художник Шон Харгривз в своих концептуальных работах погружает в брутальный мир научной фантастики.

Боеголовки, размещенные на орбите, наносят удар быстро и по любой точке Земли — широко расхожая и в корне неверная картина. О планах космического базирования боеголовок пишут СМИ и спорят в интернете. Однако их размещение на орбите не дает боевых преимуществ: напротив, оно намного проигрывает МБР в эффективности. Разберемся, почему это так.

Крис Фалкенберг (Chris Falkenberg) — концепт-дизайнер и цифровой иллюстратор из США, чьи работы создают эффект погружения в далёкие миры, высокотехнологичные цивилизации и воображаемые космические сценарии. Его художественный стиль сочетает точность технического рендеринга с кинематографичной атмосферой.

Сегодня исполнилось 38 лет с момента первого летного испытания последнего советского космического гиганта — сверхтяжелой ракеты-носителя «Энергия». Ее запустили 15 мая 1987 года. Технически успешный проект дошел до полностью рабочего изделия, безупречно выполнившего два испытательных полета. Но так и не дошел до летной эксплуатации по причинам, от него уже не зависевшим. А запуск ракеты прошел тогда безупречно, хотя и не без особенностей — и одним из участников этих испытаний был автор Naked Science. Но обо всем по порядку.

Мохаммад Х. Аттаран (Mohammad H. Attaran) — концепт-дизайнер и цифровой художник, работающий в Великобритании. В своих проектах он сочетает эстетику научной фантастики с элементами, вдохновлёнными природой, особенно анатомией насекомых. Его машины, мехи и транспортные средства выглядят одновременно инопланетно и инженерно достоверно. Ну или почти.

И Лю (Yi Liu) — концепт-дизайнер и цифровой художник из китайского города Далянь. В его работах сочетаются лаконичность формы и выразительная атмосфера, свойственная классической научной фантастике. Художник предпочитает графичный стиль, при этом уделяет большое внимание свету, композиции и настроению.

Владимир Донченко (Volodymyr Donchenko) — концепт-дизайнер и цифровой художник, работающий в Пекине. В своих проектах он сочетает эстетику научной фантастики с высокотехнологичными визуальными образами, создавая футуристические города, космические станции и машины будущего. Его работы впечатляют масштабом и вниманием к деталям.

Омар Гамаль (Omar Gamal) — концепт-художник и цифровой иллюстратор из Великобритании, специализирующийся на создании научно-фантастических миров. Его работы отличаются продуманной архитектурой, атмосферными ландшафтами и высокотехнологичными элементами, которые переносят зрителя в футуристические реальности.

Борис Турано (Boris Turano) — концепт-художник и иллюстратор из Варезе, Италия, чьи работы поражают масштабом и вниманием к деталям. Его специализация — научно-фантастические концепты, включая футуристические ландшафты, технику и архитектуру далёких миров.

Квентин Маркос (Quentin Marcos) — концепт-художник и цифровой иллюстратор из Парижа, специализирующийся на создании научно-фантастических миров. Его работы переносят зрителя в далёкие планеты, футуристические города и альтернативные реальности, наполненные захватывающими сюжетами и атмосферной детализацией.

Квентин Стипп (Quentin Stipp) — американский концепт-художник и цифровой иллюстратор, чьи работы поражают воображение поклонников научной фантастики и фэнтези.

Главный современный углеводород — нефть — не так-то просто добыть. Геологам приходится работать на удаленных от больших городов месторождениях, организовывать нефтедобычу в холодном море, бурить скважины под углом, строить гигантские сооружения для обслуживания процесса и совершать другие технологические подвиги. Naked Science разобрал пять формул, которыми пользуются нефтяники для изучения месторождений, прежде чем вообще начинать разработку и строительство инфраструктуры.

Марсианские планы SpaceX включают терраформирование, при этом ученые продолжают выпускать много работ о том, насколько это вообще возможно и как такое лучше всего организовать. Кто-то пишет о Марсе, другие — о Луне, а третьи — о Венере или карликовых планетах. Некоторые полагают, что все это блажь, поскольку достигнуть экзопланет с уже земными условиями в итоге будет проще, чем сделать из планет-соседей вторую Землю. Выходит, терраформирование не такая уж и фантазия? Кто прав и стоит ли нам ожидать деревьев на Марсе, о которых говорится в последней научной работе по этой теме?

Семь десятков лет назад в Обнинске пустили первую в мире АЭС. А в этом году рядом с другим реактором достраивают крупнейший в Европе завод по производству радиофармпрепаратов. В городе расположен также главный кампус Технической академии «Росатома» — современного многопрофильного центра подготовки персонала атомной отрасли, где ежегодно проходят подготовку более тысячи зарубежных специалистов. Но исходя из перехода к атомным технологиям IV поколения, планы по образовательной поддержке российских экспортных проектов куда шире. Каковы шансы небольшого города стать мировой атомной столицей, разбираемся вместе с репортером Naked Science.