Выяснилось, сколько разные страны тратят на здравоохранение
Международная группа исследователей провела сравнительный анализ трат на здравоохранение по всему миру. Собранные данные показали, какие средства в разных странах идут на медицину (как в натуральном выражении, так и в процентах от ВВП) и из каких источников.
Результаты исследования опубликованы в журнале The Lancet. От России в исследовании принимали участие сотрудники лаборатории анализа показателей здоровья населения и цифровизации здравоохранения МФТИ, сотрудники НИУ ВШЭ и учреждений системы здравоохранения.
В статье оценивались расходы 195 стран и территорий на здравоохранение (в том числе с разбиением их по источникам: государственные, из собственных средств, предоплаченные услуги, такие как добровольное медицинское страхование) с 1995 по 2017 год. Для отдельных стран рассматривали затраты, выделенные на борьбу с конкретными заболеваниями: ВИЧ/СПИД и туберкулез (в 135 странах), а также на малярию (в 106 странах, наиболее подверженных этому заболеванию) — с 2000 по 2017 год.
В 2015 году в ООН приняли Цели устойчивого развития, полное название документа — «Преобразование нашего мира: повестка дня в области устойчивого развития на период до 2030 года». С момента принятия целей в 2015 году (одной из них является «обеспечение здорового образа жизни и содействие благополучию для всех в любом возрасте») расходы на здравоохранение ежегодно увеличивались, достигнув размера в 7,9 триллионов долларов в 2017 году и, как ранее прогнозировалось, возрастут до 11 триллионов к 2030 году и 16,7 триллионов — к 2050-му.
Больше всего средств в абсолютном значении на душу населения тратят в США (10243 долларов), Швейцарии (9903 долларов), Норвегии (8102 долларов), на Бермудах (7027 долларов) и в Гренландии (6559 долларов). В среднем по миру эта сумма составляет 1048 долларов. При этом в ряде африканских стран подобные затраты не превышают всего 25 долларов. К ним относятся Эритрея (24 доллара), Мадагаскар (22), Центральноафриканская Республика (21) и Демократическая Республика Конго (19), а наименьшие затраты на здравоохранение отмечены в Сомали (6 долларов, и эта сумма практически не меняется с 1995 года).
Наибольшая доля ВВП на здравоохранение тратится в США (16,40%), Кирибати (14,10%), Сьерра-Леоне (13,50%), Швейцарии (12,10%) и Малави (11,90%); наименьшая — менее 2,5% ВВП — в Брунее, Лаосе и на Северных Марианских островах (по 2,40%), а также в Венесуэле (2,20%).
При этом в Гренландии 100% расходов на здравоохранение составляют государственные и частные предоплаченные средства (программы страхования), а, например, во Франции — 90,6%. В Афганистане (6,7%) этот процент минимален, то есть расходы на здравоохранение идут из личных, «карманных» (out-of-pocket) средств.
Результаты прокомментировал один из участников исследования — Станислав Отставнов, заместитель заведующего лабораторией анализа показателей здоровья населения и цифровизации здравоохранения МФТИ: «Проблема эффективного финансирования здравоохранения является комплексной. Увеличение затрат не обязательно приводит к улучшению ситуации, не всегда ресурсы распределяются эффективно, не везде система управления выстроена должным образом.
Но недофинансирование, попытки экономить — это всегда плохо. Более того, на мой взгляд, термин “расходы” или “затраты” на здравоохранение не совсем корректен, ведь то, о чем мы говорим, — в первую очередь инвестиции: и в конкретных людей, и в трудовой потенциал, и в обороноспособность государства».
Помимо общих, оценивались затраты на борьбу с конкретными заболеваниями, упомянутыми в целях устойчивого развития. Так, в 2017 году расходы на борьбу с ВИЧ/СПИД были оценены в 20,2 миллиарда долларов, с туберкулезом — почти вдвое меньше, 10,9 миллиарда, а с малярией — порядка 5,1 миллиарда долларов.
Но несмотря на то, что общий объем финансирования увеличился, в ряде стран наблюдается его сокращение. Если в отдельных случаях, по мере снижения заболеваемости, это выглядит оправданным (к примеру, для малярии в Йемене), то ситуация в Венесуэле, где финансирование снижается одновременно с ростом заболеваемости, вызывает особую тревогу: очевидно, что страна нуждается в международной помощи.
«Мы видим, что в 2019 году инвестиции в противоэпидемиологические меры составили 374 миллиона. В 2020 году развилась пандемия, показав, что такие вложения недостаточны. Ситуация 2020 года заставляет задуматься о реорганизации системы финансирования здравоохранения всех стран. Нынешний опыт должен научить нас не только отвечать угрозе пандемии, но и правильно к ней готовиться. Потому что мы не знаем, какие еще испытания нас ждут впереди», — продолжает другой соавтор работы, младший научный сотрудник лаборатории МФТИ Никита Отставнов.
На постсоветском пространстве наибольшие средства тратятся на финансирование здравоохранения в странах Прибалтики, при этом в Литве (1400 долларов) и Эстонии (1139 долларов) они превышают среднемировые, в Латвии (1005 долларов) — несколько меньше. В России сумма затрат на душу населения, оценена в 574 доллара (это в 18 раз меньше, чем в США, и немного больше, чем в Китае: 542 доллара).
Динамика показателей затрат на здоровье россиян растет с 1995 года: с 307 до более 600 долларов по оценке настоящего момента времени. Примерно 40% от всех затрат на здравоохранение в России выплачивается из личных средств.
Положительным моментом является рост объемов финансирования, направляемого на борьбу с ВИЧ/СПИД, однако его пока недостаточно, чтобы переломить ситуацию: заболеваемость ВИЧ растет. В то же время радует, что при растущем финансировании борьбы с туберкулезом почти пропорционально снижается заболеваемость им. Определенную озабоченность вызывает тот факт, что из стран постсоветского пространства наименьший процент от ВВП идет на здравоохранение в России (5,3%) и Казахстане (3,4%).
Станислав Отставнов завершает: «Экономика — наука о том, как правильно распорядиться ограниченными средствами. Пандемия COVID-19 лишь подчеркивает актуальность инвестирования в здравоохранение. Конечно, многие вещи связаны, и, с одной стороны, подразделения РХБЗ, затраты на содержание которых прописаны в “оборонных” строках бюджета, сегодня в приоритетном порядке решают задачи по санитарной обработке гражданской объектов, в том числе в рамках помощи другим странам.
С другой стороны, пандемия наносит ущерб и экономике, и обороноспособности страны. Если когда-то людей будоражили вопросы дальности полета и числа ракет, находящихся на вооружении зарубежных стран, волновало, достаточно ли мест в убежищах, то сегодня одни из главных вопросов — хватит ли аппаратов ИВЛ больным COVID-19 и средств индивидуальной защиты медработникам».
Telegram 
Дзен 
VK Провинция Цзянсу была процветающим центром медицинской практики в Китае во времена династии Мин (1368-1644 годы нашей эры). Микроскопический анализ крошечных частиц на поверхности хирургических ножниц и пинцета из гробницы китайского врача помог выявить следы вещества, получаемого из ядовитого растения, которое, по мнению исследователей, применялось как местная анестезия во время операций.
Сотрудники Центра языка и мозга НИУ ВШЭ приняли участие в редкой для детской нейрохирургии операции с пробуждением у 11-летнего пациента с фармакорезистентной эпилепсией. Совместно с врачами НПЦ специализированной медицинской помощи детям имени В.Ф. Войно-Ясенецкого в Солнцево они сопровождали удаление участка левой височной доли, где был выявлен эпилептический очаг.
Анализ ДНК и изотопный анализ зубов показали, что мужчина генетически был связан с саамскими популяциями, но часть жизни провел за пределами Финляндии — возможно, в Исландии. Авторы нового исследования пришли к выводу, что на рубеже XVI-XVII веков саамские сообщества не были изолированы, как предполагали многие исследователи. Люди путешествовали на далекие расстояния и поддерживали контакты с дальними регионами Северной Атлантики.
В доколумбовых Андах принадлежность к правящему роду определяла доступ к земле, торговле и статусу, поэтому удержать все внутри семьи было вопросом выживания. Ученые выяснили, что элиты долины Чинча решали эту задачу самым прямым способом — заключая браки между родственниками на протяжении как минимум двух поколений.
Последние несколько лет по всему миру выходит множество работ о том, что микрочастицы искусственных полимеров накапливаются в тканях человека и могут быть небезопасны. Мы решили обратиться к академику Алексею Хохлову, чтобы дать трибуну противоположной точке зрения. Выбор между ними предлагаем сделать читателю.
Ученые РГУ нефти и газа (НИУ) имени И. М. Губкина предложили подход к отбору малодебетных нефтегазовых месторождений, которые составляют около 88% нераспределенного фонда нефтяных участков. Модель расчета поможет вовлечь в экономический оборот от 400 до 600 миллионов тонн ранее нерентабельных запасов.
В высокогорных районах Гималаев появился новый хищник. Он не боится людей, возглавляет стаи собак и все чаще заходит в деревни. Местные жители называют его «кхипшанг». Речь идет о гибриде гималайского волка и бродячей собаки. Ученые опасаются, что этот зверь изменит хрупкий баланс местной дикой природы и в скором времени станет весьма опасным для человека.
Релиз довольно неожиданно перенес время образования протонов и нейтронов в более раннее прошлое Вселенной. К сожалению, из его текста осталось неясным научное обоснование таких фундаментальных изменений в космологии. Также он резко передвинул в прошлое и момент возникновения реликтового излучения.
При совпадении нескольких условий наши глаза способны улавливать излучение в ближнем инфракрасном спектре. Тогда сетчатка начинает работать как нелинейный фотодетектор.
Вы попытались написать запрещенную фразу или вас забанили за частые нарушения.
Понятно
Что-то в вашем комментарии показалось подозрительным, поэтому перед публикацией он пройдет модерацию.
Понятно
Из-за нарушений правил сайта на ваш аккаунт были наложены ограничения. Если это ошибка, напишите нам.
Понятно
Наши фильтры обнаружили в ваших действиях признаки накрутки. Отдохните немного и вернитесь к нам позже.
Понятно
Мы скоро изучим заявку и свяжемся с Вами по указанной почте в случае положительного исхода. Спасибо за интерес к проекту.
Понятно