Игромания отменила понятие риска

Лудомания, или гэмблинг-зависимость, — расстройство поведения, при котором человек систематически участвует в азартных играх, несмотря на негативные социальные и материальные последствия. Предполагается, что в основе болезни лежит тяга к риску: так, в ситуации неопределенности аддикты чаще выбирают высокорисковый, но потенциально более выгодный вариант, чем низкодоходный, но более вероятный. В то же время психологический профиль таких пациентов остается неясным. Например, для них характерны высокий уровень тревожности и расстройства настроения, что противоречит социальному образу оптимистичного игрока. Кроме того, неизвестно, актуально ли стремление к риску при рецидиве.

Последние работы также показали, что отношение к риску может быть контекстно-зависимым. В частности, иногда даже здоровые люди выбирают высокорисковые, но более выгодные варианты при условии, что имеющиеся ресурсы позволяют проиграть. При этом нейронная основа «адреналиновой» и «контекстной» гипотез отличаются: в первом случае отношение к риску связывается с изменениями в работе системы вознаграждения мозга — вентромедиальной префронтальной коры и вентрального стриатума. Тогда как стратегический риск ассоциируется с активацией дорсолатеральной префронтальной коры (dlPFC), обеспечивающей когнитивную пластичность.

Целью новой работы стали проверка гипотезы контекстно-зависимого отношения к риску и изучение нейронной основы игровой зависимости. Участие в эксперименте приняли 21 пациент с лудоманией и 29 здоровых человек. После клинического интервью, уточнения социодемографических и интеллектуальных параметров испытуемые приняли участие в решении игровой задачи (gambling task). По ее условиям, каждый из них за 20 шагов должен был набрать 5000 баллов, выбирая между маловероятными, но доходными (от 310 баллов и более) и низкорисковыми, но менее выгодными (0–310 баллов) вариантами. Чтобы уравновесить мотивацию игроков, вне зависимости от итогов, им обещали выплатить 6000 иен.

Во время решения задачи активность мозга игроков измерялась путем функциональной магнитно-резонансной томографии (фМРТ). Результаты показали, что все испытуемые адаптировали выбор исходя из степени риска. Однако склонности игроманов к предпочтению высокорисковых вариантов статистическая обработка не выявила. Исходя из основной гипотезы, авторы предположили, что пациенты могут чаще, чем здоровые люди, идти на риск, если выгода незначительна, и такая склонность связана со сроком лечения. Чтобы проверить это, они разделили игроманов на две подгруппы. Согласно итогам, пациенты, терапия которых началась недавно, действительно чаще шли на ненужный риск.

Изучение снимков томографа подтвердило выводы предыдущего исследования, в котором разные уровни активации dlPFC позволяли судить о субъективном соотношении степени риска и выгоды. Так, во время игры активность левой дорсолатеральной префронтальной коры пациентов в среднем оказалась более низкой по сравнению с контрольной группой. Причем у игроманов с небольшим сроком лечения также наблюдалась уменьшенная активность передней островковой доли, а по силе межнейронных взаимодействий dlPFC и дорсомедиальной префронтальной коры (dmPFC) ученые могли сделать вывод о склонности к неоправданному риску: у пациентов-«новичков» они были ослаблены.

По мнению авторов, данные свидетельствуют в пользу контекстно-зависимого отношения к риску. Это подтверждается фМРТ: разным стратегиям поведения при решении задачи в рамках работы соответствовала специфическая активация мозга. В таком случае лудомания может объясняться объективными трудностями при оценке риска и выгод, но не с тягой к риску, как предполагалось.

Статья опубликована в журнале Translational Psychiatry.

Ранее психологи выяснили, что стимулировать рискованное поведение могут средства индивидуальной защиты, в частности мотоциклетная экипировка.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram