Технарь вместо мемолога, или Какое наследство досталось новому главе «Роскосмоса»

Не только мемы

В Сети Дмитрий Рогозин больше всего запомнился мемами: иногда — удачными, иногда — не очень. Но даже если оценить только интернет-жизнь, то Рогозина точно запомнили. Особенно его главный космический соперник за внимание в интернете Илон Маск. Он не преминул вспомнить шутку о батуте, когда создал пилотируемый корабль, а также обсудил, какой чай они бы могли пить во время встречи.

Впрочем, финал этой дискуссии был не то что неожиданный, даже непредставимый. Дмитрий Рогозин обвинил Илона Маска в пособничестве нацистам, так как Starlink использовали украинские военные во время нынешнего конфликта. А Маск ответил попыткой купить Twitter. Мог решить вопрос кардинально, но не стал — вероятно, потому что Рогозин переключился на Telegram?

Пожалуй, Рогозин переходил все привычные рамки поведения руководителя высокого ранга в твиттере. Однако нельзя сказать, что его посты не имели права на существование и появлялись совсем уж на пустом месте. Например памятное «предлагаю США доставлять своих астронавтов на МКС с помощью батута» он написал в 2014 году, когда корабли «Союз» были единственным способом доставки космонавтов любой страны на космическую станцию. Ситуация изменилась лишь в 2020-м, когда состоялся первый пилотируемый полет SpaceX Dragon Crew. То есть шесть лет Вашингтон действительно зависел от Москвы в плане доставки экипажей на МКС.

Но неизвестно, как преемник Рогозина использует внимание интернета к космическим темам (и мемам). Найти блог Юрия Борисова автору не удалось. Зато он доктор технических наук, а Рогозину как раз ставили в вину, что исходно он гуманитарий. Так что поводов для мемов станет меньше. Маску теперь придется твитить за двоих.

Отношения с другими странами

Есть тема и посерьезнее мемов. Борисову в будущих космических миссиях нужно рассчитывать в основном на собственные силы. NASA сохранило сотрудничество по МКС, но участие американцев в проекте «Венера-Д» (мы писали об этой дерзкой задумке здесь) Рогозин назвал неуместным. Теперь уж сами, если деньги найдутся.

А как будут обстоять дела с доходами — еще больший вопрос. Так, Рогозин отменил запуски OneWeb в 2022 году — один из самых успешных контрактов «Роскосмоса». Также он прекратил сотрудничество с Европейским космическим агентством по космодрому Куру во Французской Гвиане (чтобы было понятнее — почти на самом экваторе). А ведь у европейских партнеров до сих пор хранятся аппараты, которые они не могут вывести на орбиту без наших ракет.

Впрочем, в ситуации с разрывом отношений Рогозин не был инициатором. Например, с 2023 года США запретили запускать на российских ракетах нагрузку, в которой есть американская электроника. А в случае с космическими аппаратами это практически все устройства, кроме сделанных в России.

Кроме того, с началом СВО на Украине возникли проблемы с оплатой чего-либо в России, да и перевозка грузов оказалась затруднена: одна из санкций — закрытое небо. К тому же европейские партнеры первыми начали отменять некоторые миссии. Например, немцы попросили выключить свой телескоп на уникальной двойной обсерватории «Спектр-РГ» (управление идет из России, но наши не стали злоупотреблять этим). А ЕКА мало того что вышло из проекта «ЭкзоМарс — 2022», который потенциально мог обнаружить жизнь на Марсе, так еще не вернуло посадочную платформу «Казачок», разработанную «Роскосмосом» для этой миссии.

Так что, с одной стороны, у Юрия Борисова меньше шансов на сотрудничество и получение дополнительной прибыли. Фактически остается надежда только на страны Азии, Ближнего Востока и Африки. С другой стороны, отказ от сотрудничества стран Запада сегодня был неминуем при любом поведении теперь уже бывшего главы «Роскосмоса».

Как уголовные дела помогут полететь на Луну

Наконец, о самом главном — технологических моментах. Мы уже привыкли, что Россия не сажает аппараты на Луну, не летит к Юпитеру и не запускает телескопы в дальний космос. Наверное, вы уже знаете, к чему я клоню. «Роскосмос» по-прежнему не рассматривает высадку космонавтов на Луну в ближайшей перспективе. Не потому что невозможно, а просто дорого. Американцы, которые сейчас реализуют миссию Artemis с высадкой на Луну, подсчитали, что каждый старт им будет обходиться в четыре миллиарда долларов. Это примерно два годовых бюджета «Роскосмоса».

То есть даже закрытие всех космических программ потребует аккумулирования средств несколько лет, чтобы создать средства высадки на Луну. Конечно, «Роскосмосу» это никто не позволит, ведь, кроме технологических задач, у госкорпорации есть социальная — обеспечивать работой 200 тысяч человек, которые делают очень разные изделия — от ракет и спутников до электроники и даже гражданской продукции.

Но есть радостные прорывы и на технологическом фронте. При Дмитрии Рогозине удалось добиться небывало высокой надежности ракет — почти 99%. Точнее в 90 пусках взорвалась только одна ракета. Со спутниками — чуть похуже: там сложно навести точную статистику, поскольку военные не раскрывают результаты запуска их полезной нагрузки. Но в целом можно сказать, что в России (да, пожалуй, и в СССР) космическая техника никогда не была такой надежной. Кажется, что это просто — наладить контроль уже готовой и понятной продукции, но вот раньше не удавалось.

Обратная сторона — множество уголовных дел, связанных с хищениями в госкорпорации. Видимо, это как раз инициатива Дмитрия Рогозина — навести порядок, пусть и строгими методами. И тут команде, приведенной им, еще предстоит доказать свою чистоту. Всегда подчеркивалось, что уголовные дела заводили против проектов, которые начались до Дмитрия Рогозина. Исключение — дело Ивана Сафронова. Но эта печальная история не про деньги: Ивана обвиняют в государственной измене. К сожалению, подробности засекречены, но тут как раз, кажется, предыдущий глава «Роскосмоса» исполнил свой моральный долг. Владимир Путин на одном из мероприятий отвечал, что Сафронов находится под следствием из-за того, что он распространял секретные данные «Роскосмоса». Однако Рогозин заявил, что у обвиняемого не было доступа к государственным тайнам в космическом ведомстве.

Многие ли в наше время, пусть и заочно, решатся возразить президенту? К сожалению, на судьбу Сафронова положительного влияния это не оказало. Но для Юрия Борисова вряд ли это значительный эпизод: в отличие от Рогозина, у него нет моральных обязательств, он не приглашал Сафронова на работу, все произошло до его прихода.

Важно, что в результате наведенного порядка с нового космодрома Восточный начались регулярные пуски ракет «Союз», достраивается стартовая площадка под тяжелую ракету «Ангара А5». Этот космодром расположен на территории России и позволяет нам не зависеть от договоренностей с Казахстаном, где находится Байконур. С Восточного планируется пуск первой за последние 46 лет миссии на Луну — «Луна-25».

От МКС до дальнего космоса

Есть и значимая научная миссия. В 2019 году Россия впервые создала и вывела рентгеновскую обсерваторию «Спектр-РГ» в точку Лагранжа L2. Лететь до нее от Земли пришлось полтора миллиона километров. Зато там не мешают шумы с Земли и почти не тратится топливо, чтобы находиться в ней.

В этой обсерватории два телескопа: российский ART-XC и немецкий eRosita, об отключении которого мы говорили выше. Это столь важный научный проект, что даже после отключения немецкой части с нашими учеными сотрудничают коллеги из США и других стран, чтобы получить доступ к открытиям. Проект наверняка останется флагманским научным проектом России в космосе на ближайшее время. И Юрий Борисов сможет пользоваться его успехами, чтобы показывать вклад «Роскосмоса» в мировую науку.

Есть и проект, который кажется пока совершенно фантастическим. Корабль «Зевс» с ядерной двигательной установкой сможет достичь спутников Юпитера за относительно короткое время и принести достаточно приборов, чтобы, например, искать жизнь на Европе — спутнике Юпитера. Впрочем, пока идут наземные работы, полет планируют только на 2030 год.

Вернемся к настоящему времени. Наверное, вы уже привыкли, что в 400 километрах над нами летает Международная космическая станция размерами 100 на 50 метров. А ведь это самый дорогой научный проект человечества. Судя по охлаждению отношений, не скоро удастся снова объединиться России, США и еще десятку стран, а значит, в ближайшее время космические станции будут более скромных размеров.

И до недавнего времени российский сегмент был очень скромным по размерам. Но в 2021 году удалось пристыковать модуль «Наука», который на треть увеличил объем жизненного пространства. Стало достаточно места, чтобы на МКС одновременно находилось три российских космонавта, появились универсальные рабочие места для экспериментов. Жаль, что все это незадолго до свода станции с орбиты, который планируется на 2027-2030 годы. Где же он был раньше? На Земле.

С 2007 года модуль делали и переделывали для МКС, находили недостатки и всеми силами пытались отложить запуск. Но вот Рогозин решился поставить эту задачу. Не без приключений, однако 20-тонный модуль добрался и увеличил российский сегмент МКС. Это даже позволило возродить космический туризм — опять же, в прошлом году.

Так что в техническом плане Россия пока не может себе позволить ту же высадку на Луну, но создала задел в некоторых областях и даже начала делать модули для будущей национальной станции РОСС. Так что и после свода МКС с орбиты (что тоже наверняка придется делать российским «Прогрессам») пилотируемая космонавтика в России не умрет.

Однако не все так радужно. С ракетами-носителями у «Роскосмоса» все хорошо. Сейчас созданы шесть различных ракет, еще две — в разработке. При этом удается запускать их с 99-процентной надежностью (как мы упоминали в начале). Но вот с космическими аппаратами у нас сложности.

Это признавал и Рогозин на экспертном совете. Аналогичный вопрос первым делом отметил и Борисов на первой встрече с сотрудниками: «Акцент — на серийное производство космических аппаратов в интересах создания орбитальных группировок для Минобороны и гражданского сектора, космическое приборостроение, унификацию компонентной базы», — передает суть встречи телеграм-канал госкорпорации.

***

Юрию Борисову достаются хорошая космическая инфраструктура на Земле и заделы по технологическим проектам в космосе, но сложные отношения с западными партнерами. Интересно, каким будет российский космос при новом руководителе «Роскосмоса»?

* Автор текста Александр Баулин — главный редактор медиа «Pro космос»

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram