Первый успешный полет Starship: к чему приведет революция в освоении космоса? 

В испытательном полете 14 марта 2024 года Starship использовал пару важных новинок. Пожалуй, ключевая из них — перекачка топлива из кормовых баков второй ступени в носовые, частичная отработка той самой дозаправки на орбите, без которой этот корабль не сможет достичь Луны и Марса. Как ясно из этого полета, до полной демонстрации всех возможностей новой ступени еще далеко. Но уже сейчас ее потенциал ясен любому внимательному наблюдателю.

Однако в остальном сегодняшний успешный полет Starship трудно назвать чем-то неожиданным. Ведь это был уже третий пуск всей системы из 71-метровой первой ступени Super Heavy и 50-метрового космического корабля Starship. Принципиально новые ракеты очень редко летают удачно с первого раза — Р-7 Сергея Королёва тоже не смогла нормально полететь в первые три попытки, но отработала в основном штатно в четвертый раз. Как и у Королёва, с каждым полетом Starship наблюдалась явная позитивная динамика: проблемы выявляли на все более поздних этапах полета.

Сегодня, когда Starship, наконец, отработал относительно штатно, аналогии с историческим четвертым пуском Р-7 напрашиваются сами собой. В 1950-х советская ракета изменила весь мир «спутниковым шоком» и тем, что показала: атомное оружие теперь, в эпоху подобных баллистических ракет, стала по-настоящему глобальным и практически неостановимым.

Это вызывало сразу две очень быстрые гонки: космическую и гонку межконтинентальных баллистических ракет. К сожалению, космическая быстро заглохла со смертью Королёва и вызванной этим выбыванием СССР из гонки: США, оставшись в одиночестве, не захотели продолжать ее.

Starship, в отличие от Р-7, обладает принципиальными особенностями, которые делают запускаемую им гонку практически неостановимой. Вне зависимости от воли и пожелания таких государств как США, Россия или Китай, «отыграть назад» в этот раз уже не получится. О чем именно речь?

На первый взгляд Starship — просто громадная водонапорная башня высотой 119 метров, диаметром девять метров и массой в 5000 тонн. Из них примерно 4600 тонн приходится на топливо, 300 тонн — на пустую массу ступеней, а полезная нагрузка (в этом пуске ее не было) на первом этапе должна достичь 100 тонн.

Но присмотримся повнимательнее. До сих пор самой тяжелой ракетой в истории был фонбрауновский «Сатурн-5», не дотягивавший даже до 3000 тонн. То, что взлетело сегодня, не просто на 2000 тонн тяжелее, но еще спроектировано как полностью многоразовое. Уже к середине 2020-х Илон Маск рассчитывает запускать Starship достаточно раз, чтобы один его рейс стоил 10 миллионов долларов. А в перспективе — всего пять миллионов. Оставим в стороне перспективу, просто осознаем: уже на первом этапе ставится цель выводить килограмм груза на орбиту за 100 долларов.

Для сравнения: «Протоны» с Falcon 9, предшествующие чемпионы по дешевизне полетов в космос, имеют показатели в районе 3000 долларов за килограмм, то есть в 30 раз хуже.

Как только мы осознаем это, масштаб исторического события, свершившегося на наших глазах, станет куда понятнее. Но, чтобы он стал ясным до конца, стоит обратиться к деталям.

Какие конкретно последствия вызовет сегодняшнее событие?

Конец российской сверхтяжелой ракеты для полета к Луне?

Владимир Путин 12 апреля 2023 года поручил главе «Роскосмоса» Юрию Борисову приступить к созданию сверхтяжелой ракеты для полета на Луну с 2024-го. Завершить разработку планируется за 8-10 лет — в 2032-2034 годах.

Однако разработка этой ракеты потеряла смысл уже 14 марта 2024 года, еще до своего фактического начала. Почему?

Дело в том, что с технической точки зрения для полета к Луне разумна и достаточна ракета типа «Сатурн-5», то есть сравнимая с Starship по полезной нагрузке, но одноразовая и за счет этого более легкая, где-то в районе 3000 тонн. Создание многоразового специализированного лунного сверхтяжа — затея более чем сомнительная.

Любая новая ракета требует специализированных стартовых сооружений, которые подходят только ей. Представим, что мы построили такой отдельный старт на Восточном к 2032 году. А потом вдруг выясняется, что полеты на Луну будут нечастыми — хорошо, если раз в год, а если реже?

Тогда мы окажемся с очень недешевой и тяжелой многоразовой ракетой, которую делали десять лет, но которой некуда летать с такой частотой, чтобы окупить стартовые сооружения в разумный срок. Чем больше полетов у той или иной ракеты — тем быстрее она «отбивает» затраты на свою разработку и стартовый стол. Чем меньше — тем медленнее это происходит.

Типичный пример такой неудачи — «Шаттлы». Их экономику считали исходя из нескольких десятков пусков в год, а реально они делали менее пяти пусков в год. Естественно, каждый отдельный пуск резко обогнал расчетную цену и достиг полутора миллиардов долларов. В десятки раз выше запланированного.

Главная проблема будущего российского сверхтяжа в том, что на фоне универсального инструмента (то есть Starship) создание узкоспециализированной ракеты будет просто бессмысленным. Она неизбежно будет намного дороже в использовании, чем массово летающая система, предназначенная и для вывода на орбиту спутников, и для миссий к Марсу.

Следовательно, сама идея отечественной ракеты для полетов именно на Луну из-за сегодняшнего пуска уже достоверно устарела. В 2024 году «Роскосмос» или начнет под видом «лунного сверхтяжа» проектировать аналог Starship (универсального сверхтяжелого носителя, который заменит и все остальные), или то, что он построит к 2032-му, окажется банально никому не нужно — слишком дорогим и узкоспециализированным. Точно как «Шаттлы».

Конец Российской орбитальной станции (РОС)

Пуск 14 марта 2024 года обнулил не только перспективы специализированных ракет «до Луны», но и перспективы специализированных орбитальных станций типа МКС или планируемой российской станции будущего (РОС). Чтобы понять почему, достаточно бросить один взгляд на цифры.

В апреле 2023 года первый заместитель гендиректора «Роскосмоса» Андрей Ельчанинов оценил полную постройку РОС более чем в 600 миллиардов рублей (из них 350 миллиардов — для начального этапа). В сравнимых со Starship единицах это свыше 7 и 4 миллиарда долларов соответственно. Для сравнения: нынешние полеты к МКС обходятся России в ~0,4 миллиарда долларов в год, одну десятую от начальной стоимости РОС.

Разработчики «станции будущего» позиционируют ее как большой шаг вперед в сравнении с российским сегментом МКС. Ведь герметизированный объем РОС — 450 кубометров, вдвое больше русской части станции сегодня. И даже на 20% больше объема станции «Мир», а чем больше объем, тем больше научного оборудования можно в нем разместить.

Конкретно на РОС места будет так много, что там планируют испытать даже орбитальную центрифугу для космонавтов. Вопрос важнейший: вопреки распиаренной в СМИ угрозе космической радиации (на деле очень умеренной), нехватка силы тяжести реально может убить космонавтов при достаточно долгом пребывании в космосе (наши мышцы и кости в невесомости катастрофически деградируют). Значит, большая станция типа РОС — это здорово, не так ли?

Все познается в сравнении. Стоимость одного Starship планируется SpaceX в районе пары-тройки сотен миллионов долларов. Стоимость одного его полета в космос — как мы отметили выше — менее 10 миллионов долларов уже на первом этапе. Гермообъем Starship — тысяча кубометров. Или в два с лишним раза больше, чем у РОС. И больше, чем у МКС.

Дело, впрочем, не только в объеме. Взглянем на иллюстрацию: РОС на орбите — это совокупность тесных модулей с внутренним диаметром не более четырех метров. Впихнуть туда приличных размеров центрифугу будет очень непросто. А если центрифуга для космоса имеет слишком маленький радиус, то при быстром вращении в ней человека может начать тошнить, начнутся проблемы с вестибулярным аппаратом.

Теперь с той же точки зрения взглянем на выводимую в космос часть Starship. Внутренний диаметр — более восьми метров. Можно свободно разместить даже самое габаритное оборудование для любых научных экспериментов. Да что там: при желании можно хоть весь корабль превратить в гигантскую центрифугу. Благо возможностей двигателей на самом деле хватает для того, чтобы придать быстрое вращение всему 50-метровому кораблю. А потом, когда понадобится, остановить его вращение.

Что с вместимостью по людям? РОС сперва будет вмещать два космонавта, потом — четыре. Starship по размерам и нагрузке пригоден для длительного проживания 40 космонавтов. Значение вместимости «по экипажу» намного больше, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что космонавты на орбите ставят эксперименты, которые им запланировали ученые с Земли. Но если что-то пойдет не по плану, реагировать они будут далеко не так, как реагировали бы те же биологи или химики, оказавшись на их месте, на орбите. Поэтому научный потенциал станции, где вы не можете разместить ученых (ибо негде) использовать куда как сложнее, чем у такой станции, куда вы можете привезти и космонавтов-профессионалов, и профильных ученых.

Неплохой пример такого рода — полеты «Сатурнов» на Луну. Астронавты брали пробы грунта много раз. Но в том единственном полете, в котором им придали геолога, была сделана основная часть научно значимой работы по изучению Луны и ее пород. Просто потому, что астронавты работали по неизбежно ограниченной программе, а геолог смотрел на разбросанные кругом камни глазом профессионального ученого — отмечая все действительно необычные образцы, выбивающиеся из рамок того, что можно было заложить в программу работ с Земли.

Если от объемов и удобства мы перейдем к массе, то и здесь РОС выглядит бледновато. Масса, общая, в 135 тонн, причем из них основная приходится на конструкцию, а не на полезную нагрузку в виде научной аппаратуры. Для Starship первого этапа такая же масса — 200 тонн, на полезную нагрузку может приходиться до 100 тонн.

Подведем итоги. Если вместо РОС вывести на орбиту лишь вторую ступень Starship и оставить ее там, это будет стоить несколько сот миллионов долларов. Столько же, сколько сейчас России стоят полеты к МКС. И в 10-15 раз меньше, чем стоит РОС. 

При этом создание аппаратуры многолетнего жизнеобеспечения для Starship все равно будет оплачено еще на этапе его разработки как корабля — по той простой причине, что летать без нее у него не выйдет. А вот для РОС ее придется создавать отдельно, поскольку системы жизнеобеспечения российских космических кораблей существенно отличаются от таких же систем для станции.

Получится орбитальная станция в разы более просторная, грузоподъемная и удобная, чем РОС. Станция, у которой всегда будет возможность дозаправки на орбите (стыковка с целью дозаправки входит в проект) и последующего спуска на Землю, если вдруг очередной этап модернизации такой «станции» потребует каких-то работ, которые сложно будет выполнить на орбите.

Иными словами: создание РОС будет таким же тупиковым проектом, как и разработка специализированного сверхтяжа для освоения Луны. Такая станция будет на порядок дороже Starship. И примерно настолько же менее удобной как платформа для экспериментов в космосе.

Но, несмотря на все вышесказанное, «Роскосмос» эту станцию будет разрабатывать и, весьма вероятно, строить. Почему, если плюсы варианта «создай аналог Starship и сделай из него мегастанцию в десять раз дешевле обычной» так очевидны?

К сожалению, это общее свойство больших структур, насыщенных техспециалистами. Поставьте себя на место роскосмосовцев. Некая группа инженеров много лет чертила проекты орбитальных станций, а потом приходит кто-то и говорит: орбитальные станции устарели как линкоры в эпоху авианосцев. Как вы отреагируете?

Из истории развития науки и техники известно как: продолжите работать по-старому, а заодно начнете изобретать объяснения для начальства на тему того, почему 450 кубометров РОС лучше, чем 1000 кубометров Starship, или о том, почему станция на четыре человека лучше, чем станция на 40 человек. Ну и, конечно, придумывать, как именно станция из Starship за несколько сот миллионов долларов «на самом деле» дороже, чем станция за четыре-семь миллиардов долларов.

Что будет завтра: Луна и моральная катастрофа NASA

Первым пунктом в программе дальних полетов Starship стоит Луна. Официально программа Artemis III планируют высадку там астронавтов уже в 2026 году. Полет на Селену стал первой целью системы не потому, что так было запланировано, а исключительно из-за позиции NASA.

Сам Илон Маск, ключевой разработчик нового корабля, не считает осмысленной колонизацию спутника Земли. Его логика проста: Марс можно подвергнуть терраформированию до атмосферы и климата земного типа (со среднегодовой +15, как на Земле), а Луну нельзя. У той слишком низкая гравитация, одна шестая земной против 0,38 у Марса. А еще слишком длинные сутки — двухнедельная ночь при минус 173 градусах сменяется столь же долгим днем при плюс 127. Ясно, что такое небесное тело никогда не будет иметь обитаемой поверхности земного типа.

Однако Маск не был бы Маском, если бы не искал возможности сделать деньги на любом своем движении. Поэтому он «упал на хвост» лунной программе NASA. И хотя сроки этой программы заведомо нереальны (высадка на Луне в 2026 году, притом что NASA пока даже нормальные скафандры для программы не разработало), но вот участие там Starship практически неизбежно.

Конкретно планируется сделать следующее. Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства США запустит на своей ракете SLS стоимостью в 1,5 миллиарда долларов недешевый корабль Orion (тоже разработан по спецификациям NASA). Тот доставит несколько астронавтов к Луне. На орбите вокруг нее корабль состыкуется с космической (то есть с «посадочными ногами») версией Starship. Затем она опустит астронавтов на Луну, где те выйдут и прогуляются.

Первая миссия в основном будет повторением полета 1960-х: «флаговтыком» и сбором образцов. Но вот дальше история пойдет совсем по другому сценарию.

К моменту, когда NASA, наконец, сделает скафандры и прочее, Starship уже наберет приличную статистику полетов. Это очень важный момент: пока ее нет, NASA никогда не рискнет отправлять на таком корабле людей с Земли. Однако Илон Маск статистику наберет, причем быстро. Это следует из опыта Falcon 9 Block 5: последняя модификация ракеты SpaceX на сегодня выполнила буквально сотни безаварийных пусков подряд. Такой степени надежности не демонстрировала ни одна ракета в истории — даже семейство Р-7, не говоря уже об остальных. Причем громадную статистику Falcon 9 Block 5 набрал менее чем за пять лет (первый полет состоялся в мае 2018 года).

Как только Starship наберет близкую статистику, NASA окажется перед необходимостью идти в Каноссу. Как бы ни унизительно это было, но агентству придется отказаться от ракеты SLS и корабля Orion, несмотря на израсходованные на них десятки миллиардов долларов.

Почему? Потому что Starship сделает цену полета к Луне равной примерно 120 миллионам долларов. Примерно столько будет стоить дюжина пусков — сначала собственно космической версии Starship, а потом дюжины рейсов Starship-дозаправщиков, заливающих на «лунный Starship» метан и кислород для достижения спутника нашей планеты и обратной дороги.

Сто двадцать миллионов долларов — это меньше той суммы, которую NASA сейчас тратит на один полет к МКС. Что выберет федеральное агентство: полет на 400 километров, на низкую орбиту, или за те же деньги, но на 400 тысяч километров и с высадкой на Луну?

Разумеется, если бы NASA выбирало само, то предпочло бы первый вариант. Однако в таком случае сначала СМИ, а потом и политики разорвут агентство, поэтому после определенной борьбы оно неизбежно капитулирует и откажется от носителей собственной разработки.

Важен еще один момент. Все, что написано выше о преимуществе Starship над специализированной орбитальной станцией, автоматически можно перенести на «лунную почву». Любая попытка создания исследовательской базы на Луне будет выглядеть глупой на фоне использования в качестве такой базы севшего туда Starship. За один раз такая «летающая база» сможет доставить на Луну не пару астронавтов, как в 1960-х, а сразу десятки. Не килограммы полезной нагрузки, а тонны. Буровые платформы, вездеходы для их транспортировки, тонны спелеологического оборудования для исследования колоссальных (километровой ширины) лунных пещер с водяным льдом.

Все это позволит революционизировать изучение земного спутника. Споры продолжительностью в десятки лет о том, как же возникла Луна — от удара некоей древней планеты или множества астероидов, — а равно и о том, где на ней вода и сколько именно, можно будет разрешить за считаные годы.

А обойдется это в ту же цену, во сколько сегодня обходится слетать к МКС.

Что будет послезавтра: Марс

Как мы видим, стратегия и NASA, и «Роскосмоса» после начала полетов Starship неизбежно изменится. Но есть вещи поинтереснее этого: дальнейшая стратегия самой SpaceX.

Илону Маску не нужна принципиально неколонизируемая Луна, зато нужен колонизируемый Марс. NASA и «Роскосмосу» на данном этапе пилотируемые полеты на Красную планету не нужны абсолютно: это рискованная и тяжелая работа, имеющая смысл, только если вы человек определенного склада — типа Кортеса, Колумба, ну или их современного аналога южноафриканского происхождения. Среди администраторов государственных космических агентств таких людей, после ухода из этой сферы деятельности Королёва и фон Брауна, пока нет.

Тем не менее полеты Starship неизбежно заставят государственные космические агентства полететь на Марс — и совсем не ради втыкания флага в местную почву. Почему?

Важно понимать, что с точки зрения затрат топлива, поднимаемого с Земли, полет Starship на Луну и на Марс «весит» вполне сопоставимо. Миссия к Красной планете будет отличаться в основном тем, что в корабль придется запихнуть компактный ядерный реактор (и/или солнечные батареи) и электролизер. На Марсе уже открыто множество зон с водяным льдом под поверхностью. По реакции Сабатье SpaceX планирует получать из этого водяного льда и СО2 марсианской атмосферы метан и кислород. Заправившись ими за период годичного пребывания экспедиции на Марсе, Starship сможет взлететь и вернуться на Землю.

Из этого видно: дополнительные издержки на превращение полетов на Луну в полеты на Марс не так уж велики. И там, и там нужны внекорабельные скафандры. И там, и там нужны вездеходы, бурильно-исследовательское оборудование. Различие по стоимости между лунными и марсианскими миссиями даст в основном оборудование для электролиза воды (получаемой из льда) и реализации реакции Сабатье — для наработки кислород-метанового топлива Starship. Однако такое оборудование вполне реально создать за несколько миллиардов долларов, и работает оно, в норме, подолгу.

Между тем стандартная миссия планетохода на Марсе обходится NASA примерно в те же деньги — три миллиарда долларов. С той лишь разницей, что оборудование для наработки топлива не обязательно возить на Красную планету каждым новым рейсом. Оставив его там, можно ограничиться подвозом запчастей для него с Земли — раз в несколько лет. То есть удельная стоимость дополнительного оборудования для полетов на Марс может оказаться даже ниже, чем необходимая для обеспечения работы марсоходов.

У Национального управления по аэронавтике и исследованию космического пространства Соединенных Штатов Америки не будет возможности отказаться от такого развития событий. Конечно, это не значит, что оно не попытается: Марс ему не нужен, поэтому NASA уже начало поиск правдоподобных (в ушах политиков и иных, недостаточно знающих тему, людей) отговорок от такого полета. В частности, в 2020-х агентство тихой сапой радикально изменило нормативы приемлемой радиационной нагрузки для своих астронавтов. Почему, ведь никаких новых данных по действию радиации на космонавтов нет, а имеющиеся указывают на оправданность современных норм?

Причина проста: NASA в 2012 году измерило радиацию на пути к Марсу и на его поверхности (с помощью бортовых приборов ровера Curiosity). Из этих измерений сотрудники агентства узнали, что уровень этот невысок — ниже тогдашних допустимых значений NASA. До поры до времени это никого не беспокоило: лететь на четвертую планету все равно было не на чем. Но в 2020-х стало ясно, что корабль для Красной планеты вполне может стать реальностью.

И в этот же момент NASA пересмотрело свои радиационные нормы так, чтобы туда «влезали» полеты на Луну, но не влезали полеты на Марс. Казалось бы, налицо весомая административная победа: любые предложения SpaceX использовать Starship для этой цели теперь надежно заблокированы.

Однако на практике Маск не раз публично отмечал, что уровень радиации в марсианской экспедиции вполне приемлем. Его компания уже начала готовить собственный отряд астронавтов. NASA не сможет запретить им полет. А раз так, и самому ведомству не избежать такого полета. Ни один политик не поймет ситуации, когда американское государство дает NASA 20 миллиардов в год, а на другой планете вместо весьма богатого агентства высадится — за меньшую в несколько раз сумму — совсем не оно.

Из этого следует, что высадку американцев на Марсе в 2030-х может сорвать разве что отъем у Илона Маска бизнеса за его недостаточно соответствующие «линии партии» взгляды по вопросам трансгендеров и Украины. Такой отъем, конечно, возможен — собственно, он давно уже обсуждается в США, где многих выводит из себя наглость Маска иметь собственное, недостаточно партийное мнение. Но все-таки это сомнительный сценарий. Отнять бизнес у главы SpaceX можно, но если его при этом не убить, нельзя гарантировать, что он не выедет в Китай. А это просто перенесет вопросы освоения Марса в несколько более далекое будущее.

Все это означает, что после отладки SpaceX ее нового корабля и достижения им готовности для полета на Марс — где-то в начале 2030-х — NASA придется, пусть и нехотя, взяться за участие в этом проекте, поставляя для него астронавтов и часть техники для марсианской базы.

База вместо флага

То, что SpaceX может высадить человека на Марс после первого космического полета нового корабля, возьмутся уверенно отрицать только люди, которым совсем не жаль свою репутацию. Но, аргументируют многие, и что с того? Вон, на Луну уже летали. Флаг воткнули, слегка поездили, и все. «Никому не нужна эта ваша Луна и Марс» — заключают сторонники такой точки зрения.

Однако и здесь появление новых технических средств перевернуло ситуацию с ног на голову. Стандартная пилотируемая миссия к Красной планете в 2030-х вполне может стоить несколько миллиардов долларов. Конечно, если на ней пилить так же активно, как на проекте SLS, это число придется умножить в несколько раз. Но SpaceX в этом случае непременно создаст свои скафандры, вездеходы и прочее. И будет летать со своими астронавтами. То есть на длинных отрезках времени двухгодичные экспедиции на Красную планету неизбежно подешевеют до считаных миллиардов долларов за полет.

Следовательно, их цена упадет ниже нынешней пилотируемой программы, в рамках которой NASA летает … к МКС. У агентства просто не получится прекратить летать к Марсу: его не поймут ни политики, ни избиратели этих политиков. Летать туда американскому госведомству придется все равно, какое бы напряженное неприятие ни вызывала у него эта мысль сегодня.

Регулярные полеты людей на четвертую планету де-факто приведу к созданию там базы с обитаемым объемом больше МКС. Ею автоматически будет становиться каждый севший туда Starship. Более того: посадив туда несколько таких кораблей с сокращенной численностью экипажа (чтобы потом увезти их на одном Starship-транспортнике), любой игрок — хоть Илон Маск, хоть NASA, хоть операторы китайских копий Starship — начнет развертывание на Марсе и куда более крупных баз. Пригодных для обитания сотен человек.

Следует отметить: все написанное выше — это сценарий минимум. Разумеется, Маску не нужна база на сотни человек. Он хочет создать на Красной планете колонию с миллионным населением. И, как ни странно, некоторые (пока небольшие) шансы на успех у этой идеи есть (о деталях этого плана мы писали здесь). Но сейчас стоило бы остановиться на другом — своей рубашке, которая намного ближе к телу. 

Что новый полет значит для неамериканских космических игроков?

Предыдущий виток удешевления космических полетов (программа Falcon 9) показал, что падение их стоимости создает такие возможности в использовании космоса, которых раньше просто не было. Например, SpaceX смогла недорого развернуть на орбите сразу тысячи спутников — больше, чем у остальных космических игроков планеты, вместе взятых.

Но все это лишь цветочки в сравнении с тем, какие возможности создаст новый, «старшиповский» этап удешевления полетов. Теперь в космос можно будет вывести проекты типа DE-STAR. Ее название на английском намеренно созвучно Звезде смерти: благодаря мощному лазерному вооружению такая платформа сможет отклонять астероиды и, скажем честно, при желании сбивать МБР на космических участках траектории.

Уже из одного этого очевидно: и России, и Китаю придется создавать свои аналоги Starship — вне зависимости от их желания. Потому что оставить США в одиночестве на околоземной орбите с недорого собранной там Звездой смерти — это игра, в которую никто не согласится играть добровольно. Ливия, Ирак, Афганистан и многие другие примеры еще слишком свежи в памяти.

Вопрос заключается не в том, будут ли Пекин и Москва копировать Starship, а исключительно в том, когда они осознают, что это неизбежно. На сегодня — как хорошо видно по заявлениям о «лунном сверхтяже» и станции РОС — такого понимания у нашего государства нет. На базе этого можно заранее гарантировать, что через несколько лет новый глава «Роскосмоса» скажет (публично или нет — неважно):

«Я скажу такую крамольную вещь. Это моя личная точка зрения. Мы, как и с многоспутниковой группировкой, проспали немного создание Starship. И Америка, и Китай опережают нас в этом направлении. Чтобы лететь в космосе и говорить о серьезной экспансии в этом направлении, сегодня нужно иметь сверхтяжелый носитель такого класса. У нас этого носителя нет».

После осознания необходимости его копирования очень важно то, сколько времени на это копирование потратят. Сейчас «лунный сверхтяж» «Роскосмос» планирует создать за неприемлемо долгие 8-10 лет. Для сравнения, по Starship первые работы в металле начали шесть лет назад.

Если все будет развиваться в нынешних темпах, то понимание необходимости копирования детища SpaceX придет к нам во второй половине 2020-х, а сама постройка такой копии случится к середине 2030-х. Ситуация с Китаем, как ни странно, пока выглядит похожей. То есть концептуально похожие на Starship системы там уже пытаются делать, но пока они много меньше, и поэтому выводить грузы в космос будут заметно дороже.

В таком случае высадка на Марс для неамериканских космических игроков наступит несколько позже, чем для самих США. При этом трудно исключать вариант, в котором SpaceX, пользуясь временной монополией полетов на Красную планету, начнет де-факто превращать в свою собственность те или иные куски марсианской поверхности. Любые словесные возражения Китая и России тут ни на что не повлияют — как не влияли бы возражения папуасов на провозглашение Джеймсом Куком владычества Британией над Австралией. Нет кораблей — нет права голоса.

Следовательно, и Китаю, и России придется начать летать к Марсу не для демонстрации «мы тоже можем», а для развертывания там собственных баз. Иного способа избежать быстрой «американизации» четвертой планеты может и не оказаться.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram