Самое секретное космическое агентство США вышло из тени и рассказало, чем занимается

Департамент называется Space Rapid Capabilities Office (SRCO — примерно можно перевести как «Офис оперативных возможностей для космоса»). В структуре Космических сил США (USSF) это третье подразделение, специализирующееся на организации закупок и контрактов. Другие два — Space Development Agency и Space Systems Command, их задачи более масштабные. Главное отличие SRCO от них в большей свободе действий, меньшем количестве согласований и фокусе на решении неотложных проблем, которые не терпят затяжной бюрократической волокиты.

Вплоть до 2021 года об этом ведомстве не было известно практически ничего, кроме самого факта существования. Хотя появился SRCO пять лет назад. Большая часть деятельности департамента засекречена, но его руководитель Келли Хэммет (Kelly Hammett) намерен это изменить.

Он дал интервью порталу SpaceNews, поводом для которого послужил запуск носителя SpaceX Falcon Heavy в интересах Космических сил США (миссия USSF-67). Сам старт, естественно, секретным никто не делал, для американской космонавтики это давно нонсенс. А вот что скрывалось под обтекателем ракеты, описывали обтекаемо: коммуникационный спутник Continuous Broadcast Augmenting SATCOM 2 (CBAS-2) и маневрирующий модуль (разгонный блок) Long Duration Propulsive ESPA (LDPE 2) с пятью «вторичными» полезными нагрузками на нем.

Как рассказал Хэммет, три из этих пяти миниатюрных полезных нагрузок — как раз те, что отделились, а не остались работать на LDPE2 — созданные в рамках деятельности его ведомства спутники. Это не экспериментальные, а готовые изделия, предназначенные для эксплуатации оборонными ведомствами. Два из них оснащены наборами сенсоров для отслеживания обстановки в околоземном пространстве. Еще один — оборудование для высокозащищенной спутниковой связи. Их будут использовать USSF, а по опыту работы с ними экстраполируют результаты на другие системы в своем распоряжении. Весь цикл разработки и запуска аппаратов занял менее трех лет, что можно назвать рекордом по меркам отрасли.

Именно в такой оперативности при реагировании на вызовы национальной безопасности и обороноспособности страны заключается весь смысл работы SRCO. Привычная любым «закупочным» государственным структурам бюрократия не позволяет действовать быстро — согласования технического задания и бюджета могут занимать годы.

С аналогичной проблемой в свое время столкнулись ВВС и решили ее через создание Rapid Capabilities Office в 2003 году. Название идентично, понятно, откуда Космические силы взяли свое для такого же департамента. На счету «воздушного» RCO — как минимум программы стратегического стэлс-бомбардировщика Northrop Grumman B-21 Raider и беспилотного космоплана Boeing X-37. А также множество других менее известных или вовсе полностью секретных проектов.

Ключевая особенность SRCO, отличающая его от других офисов снабжения, — значительная автономность на всех уровнях. Конгресс США и Министерство обороны напрямую делегировали департаменту право распоряжаться бюджетом по своему усмотрению. С минимальными согласованиями ведомство может заключать контракты общей стоимостью до миллиарда долларов. Более того, возможно перераспределение средств между проектами в пределах одного финансового года, что практически немыслимо для «обычных» офисов закупок. Им для этого требуется одобрение всех ответственных структур, каждая со своим начальством, или даже непосредственно конгресса, если речь идет о наиболее дорогих программах.

Такая свобода накладывает и огромную ответственность, как отмечает Хэммет. Деньги необходимо распределять максимально осмотрительно: если финансы окажутся потраченными впустую, полетят головы. И больше никто подобные вольности позволять ни одной ветви Вооруженных сил не будет.

Вдобавок «классические» снабженцы оказывают давление. Но не то, о котором можно подумать: SRCO ни с кем не конкурирует и, наоборот, становится палочкой-выручалочкой для закупочных ведомств.

Офису Хэммета буквально говорят: раз он может работать быстрее и эффективнее, надо работать еще быстрее и эффективнее — запросы поступают в таком количестве, что трудно справиться. Сейчас под его началом служит 200 человек, из которых 80 офицеров и чиновников, но «столов на все проекты уже не хватает». На фоне стремительно растущей отрасли перед Космическими силами постоянно встают новые задачи, требующие максимально оперативного реагирования. С чем они и идут в SRCO.

Нехватку свободных рук Хэммет с коллегами старается компенсировать более широким привлечением частных подрядчиков, рекрутингом специалистов из отрасли и расширением финансирования. Для первых двух пунктов списка представители агентства регулярно посещают конференции и прочие мероприятия в индустрии. Там они ищут партнеров, следят за новичками и новинками в космонавтике.

Нередко сотрудники SRCO сами выступают на закрытых или попросту непубличных встречах, где описывают свои задачи, имеющиеся возможности и возникающие проблемы. Тем не менее из-за высокой секретности проектов, над которыми работает ведомство, частных подрядчиков найти сложно.

Решение раскрыть подробности о созданных по заказу SRCO секретных спутниках на USSF-67 — часть более широкой кампании по рассекречиванию деятельности ведомства. Это необходимо, чтобы подразделение стало заметнее для политиков (которые могут дать денег) и представителей аэрокосмической индустрии (потенциальных подрядчиков). Иными словами, чтобы было проще работать, Хэммету необходимо снизить «градус таинственности».

Помимо деталей о миссии USSF-67, директор SRCO рассказал еще о двух текущих проектах его офиса:

• SCAR, Satellite Communications Augmentation Resource — программа замены устаревающих аналоговых спутниковых антенн наземной инфраструктуры на более мощные и универсальные активные фазированные антенные решетки. Поводом для работы стал срочный запрос Космических сил на расширение возможностей существующих систем связи со спутниками и управления ими. Аппаратов выводится все больше, имеющиеся мощности просто не справляются. Компания BlueHalo получила восьмилетний контракт общей стоимостью 1,4 миллиарда долларов на эту задачу.

• GC3, Ground Command, Control and Communications — программа по разработке единой универсальной наземной программной системы для спутниковых группировок, над которой работают Ball Aerospace и Booz Allen Hamilton. Это единая платформа обмена данными и управления оборудованием на орбите, которую смогут использовать любые военные ведомства, работающие с любыми космическими аппаратами. Проблема в том, что сейчас все связанные с космосом военные организации либо уже пользуются, либо создают с нуля собственные системы управления спутниками и обмена данными. Их необходимо унифицировать. Скорее всего, GC3 поглотит похожую программу Enterprise Ground Services (EGS), которой занимается Space Systems Command.

Интервью Хэммета показывает, как американские военные, несмотря на «развесистую» бюрократию и сложность политического устройства, поспевают за быстроменяющимся рынком и технологическими изменениями в отрасли. По словам Директора SRCO, космическая отрасль растет с невиданной скоростью, агентство не должно отставать, тем более что госзаказчики по-прежнему играют на этом рынке ключевую роль.

Одна из наиболее впечатляющих и перспективных сфер, по мнению Хэммета, — автоматизация спутников. Он приводит в пример SpaceX, которая выводит по 60 спутников за раз, и аппараты самостоятельно расходятся по орбите. Это как раз те технологии, которые Космические силы точно хотят видеть в своем арсенале в ближайшем будущем.

Василий Парфенов

561 статей

mostly harmless Есть телега: https://t.me/tempest_exults

Показать больше

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram