Ак-Баур: Стоунхэндж по-казахски

Глиняные казахские мазанки, деревянные русские дома. Село с казахским названием Сагыр некогда было Ленинкой. 

— Не подскажете, где здесь гора Коржимбай, нам Ак-Баур нужен? — высунувшись наполовину из машины, обращаюсь к молодой казашке, упитанные формы которой охотно демонстрируют белая майка с надписью: «I’m star» и черные бриджи. 

— Не знаю я, — с характерной для деревенских казахов интонацией легкого возмущения отмахивается та. 

Парадокс, но Калбинский горный массив так мало исследован, что о его наследии не все знают даже в Казахстане, не говоря уже об остальном мире. А ведь именно эти горы с незапамятных времен были домом для людей каменного века, поэтому лепешки здешних скал буквально исписаны петроглифами, а земные недра хранят могильники, орудия труда, остатки поселений и горных выработок.

Белая печень 

Так иногда переводят название Ак-Баур. Впрочем, «Краткий казахско-русский словарь» дает целых три перевода слова «бауыр»: печень, кровный родственник и склон, подошва горы. Именно на склоне одной из сопок находится грот с наскальными рисунками, сделанными, по одним предположениям, красной охрой, по другим– кровью жертвенных животных. Росписей подобного цвета нет больше нигде в Восточном Казахстане. 

Впервые это урочище обнаружил известный казахстанский поэт и художник Евгений Курдаков. Он назвал его «храмом под открытым небом». По его мнению, древние архитекторы заложили в устройство комплекса Ак-Баур модель пути спасения человечества в последнюю ледниковую эпоху. Ни много ни мало. Но неудивительно: всем известно, что горы были объектом почитания многих ранних культур, считаясь обителью богов. Вспомним хотя бы Олимп, Арарат, Синай, Фудзияму, легендарную Белую гору у кельтов, Хрустальную– у славян или изумрудную Сафу – у мусульман. Похоже, что этот список суждено пополнить и горе Коржимбай, что в урочище Ак-Баур. 

Миновав село Сагыр, сворачиваем на проселочную дорогу, которая ведет к горам. 

Каких-нибудь семь минут, и дорога заканчивается поселением ровно из трех мазанок и стойла для лошадей, рядом с которым в ассортименте развешаны сохнущие детские колготки, преимущественно красного и синего цвета. Из-за красно-синей гирлянды тут же появляется чумазый мальчик-казах лет пяти и, не моргая, глядит на нас. 

— Взрослые дома? 

— Щас, щас! — поправляя на бегу платок на голове, с крыльца дома выскакивает смуглая женщина. 

Женщину зовут Гуля. Она усаживается к нам в машину, показывает дорогу на Ак-Баур и говорит, что она кассир и собирает деньги за вход на его территорию.

Ак-Баур – официальный исторический памятник, и вскоре мы и впрямь подъезжаем к длинному забору, уходящему с обеих сторон в горы. Посередине забора – ворота и касса, похожая на жестяной советский ларек для продажи газировки. Лишних денег на охрану и обустройство исторических мест у государства нет. 

— Зато хоть чисто стало, убирают, — протягивает нам Гуля входные билеты. 

А еще рядом с наскальными рисунками пращуров каменного века перестали появляться рисунки современников. 

Ак-Баур – большой, прямо-таки огромный. Здесь много петроглифов и других интересных вещей. Но самое интересное – конечно, грот с одноименным названием.

Вначале был петроглиф 

В куполе грота зияет отверстие в форме сердца. По краям его – следы ручной обработки. По всей видимости, наши предки специально придали естественному отверстию в скале форму сердца. 

Многие исследователи считают, что это «сердце» нужно было для того, чтобы наблюдать за звездным небом. А кто-то полагает, что древние жрецы совершали здесь обряды, после которых на стенах грота появлялись новые знаки. Последние, кстати, – самые что ни на есть истоки древнейшей письменности. До наших дней сохранилось около восьмидесяти рисунков: несколько изображений человека, животных, рисунки жилищ и повозок, разнообразные символы и знаки, а кто-то, конечно, видит в этих петроглифах инопланетян, скафандры и космические корабли. Не без этого.

Основываясь на исследованиях Николая Рериха, первооткрыватель Ак-Баура поэт и этнограф Евгений Курдаков так говорил об этих загадочных знаках: «У древних людей эстетики вообще не существовало. Нелепый термин — первобытное искусство. Тогда не было искусства. Вся духовная жизнь подчинялась ритуалам. Старый шаман, бормоча древние заклинания, писал эти знаки. Многие ищут чудеса на острове Пасхи, не ведая, что самая великая тайна разлита по Евразии. На Алтае есть огромное количество бореальной, то есть созданной семь тысяч лет назад, письменности. Бореал — это время становления письменности. В этой системе было всего 22 знака, но они стали основой всех алфавитов мира. Роспись в Ак-Бауре — пример самой древней в мире письменности. Эта роспись сделана в конце ледникового периода. Рухнула Вавилонская башня, народы разбрелись по планете, вышли из общеязыкового ритуала и стали говорить на разных языках. Но чтобы сохранить память о пути, которым прошло человечество, жрецы использовали бореальную знаковую систему. Жрецы всей Евразии записывали с помощью этой системы пройденный путь народа. Надпись Ак-Баурского грота указывает ориентир спасительного пути — вдоль Иртыша. Для людей, живших в незапамятные времена вюрмского ледникового периода, когда жизнь висела буквально на волоске, такой ориентир имел, в сущности, священное значение». 

В гроте много крестов разного размера и конфигурации. Кресты – это знаки Солнца. Поэтому исследователи все же склоняются к мысли о том, что перед нами – карта звездного неба. Она неполная, но важна для юго-западной ориентации святилища.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram