Гробы указали на причину падения самой успешной из средневековых экономик

Китай периода Северной Сун (960-1127 годы) был экономически самым преуспевающим государством своей эпохи. Изобретение или внедрение таких технологий, как водоподъемные колеса, цепные насосы для ирригации и усовершенствованный железный плуг позволило сперва распахать большую целину, оставшуюся от эпохи раздробленности, а затем и поднять на ней урожайность за счет полива. Вместе с новыми линиями риса это, согласно источникам, увеличило урожайность с единицы площади втрое.

Промышленность испытывала сходное быстрое развитие. Открытие кокса и перевод на него большой части металлургии резко ускорили процесс: к 1078 году Китай выплавлял 127 тысяч тонн железа, это сопоставимо со всем остальным миром. Впервые появились дальние морские суда с водонепроницаемыми отсеками (скопированы на Западе только в XIX веке) и типичным джоночным парусным вооружением (более эффективным, чем западное). Изобретение бумажных денег стимулировало развитие экономики в целом.

Но в 1127 году Сун пала, а оставшиеся ее госструктуры были вынуждены ограничиться югом Китая. Это стало началом упадка государства, в XIII веке завоеванного монголами. Причины падения трудно было отнести к военной слабости. Сун разработала и внедрила массовое пороховое оружие, включая ручное и взрывающиеся бомбы, а также отравляющее оружие (химические шашки) и огнеметы.

За счет огромной численности населения и богатой экономики общая численность армии империи достигала миллиона человек. При этом чжурчжэни, титульная нация империи Цзинь (исходно жили по берегам Амура), по любым оценкам были в десятки раз малочисленнее китайцев и даже близко не подходили к ним по уровню военных технологий. Это создавало загадку их победы: если государство Чингисхана совершило революцию в тактике, за счет чего и стало крупнейшим в мире, то про чжурчжэней, так и не ушедших дальше северного Китая, этого сказать нельзя.

Авторы новой работы в npj Palaeoecosystems попытались внести ясность в этот вопрос, изучив соотношение изотопов кислорода в разных древесных кольцах из досок пяти гробов той эпохи из южного Китая. Этот регион выбрали потому, что он уже тогда был более населенным, чем Китай северный и играл ключевую роль в его экономике.

Доски гробов датировали 805–1150 годами. Доля тяжелого кислорода-18 в древесине тем выше, чем суше среда, в которой растет дерево (более легкие изотопы кислорода проще теряются им с водяными парами). Сравнивая соотношение изотопов в элементах древесных колец разных лет из этого периода, ученые смогли выяснить, что юг страны с 1080-х начал испытывать серьезное и долгосрочное снижение количества осадков. Одновременно, пишут авторы, падали средние температуры. Напомним, что на практике падение температур часто и есть непосредственная причина уменьшения числа осадков. И вообще более холодный климат в норме имеет меньше осадков, чем теплый. Ученые и сами называют возможной причиной уменьшение количества осадков падение температур в Южно-Китайском море, откуда стало испаряться меньше воды, которая обычно с облаками выпадала над югом Китая.

Исторические источники за этот период отмечали падение урожайности и уменьшение площади распаханных земель. Это логично в условиях ирригационного земледелия при дефиците осадков и снижении температур.

Но, судя по гробовым доскам, после 1101 года снижение температур и засушливость еще больше усугубились. Методы авторов не позволяют установить количественные изменения точно, но они были самыми негативными за весь период 805-1150 годов.

Из других источников известно, что средние температуры северного полушария тогда упали на 0,8 градуса относительно 1080 года. Хотя с бытовой точки зрения эта разница кажется небольшой, для экономики она существенна: скажем, в России такая разница средних температур эквивалентна перемещению региона на 200 километров на север. То есть в зону, где урожайность и часто даже сами возделываемые культуры существенно различаются.

Исследователи сравнили свои данные о падении температур и осадков с историческими источниками того периода: те констатируют именно в самом начале XII века массовую гибель цитрусовых деревьев в южном Китае. Цены на рис, известные из источников той эпохи довольно полно, показали большой рост. Государство пыталось сохранить прежний уровень поступления налогов при падающей экономике во многом потому, что имело военные конфликты с варварами на севере.

В результате налоги на оставшуюся экономическую деятельность подняли так, что крестьяне и иные налогоплательщики стали копить недовольство. Одновременно по империи начало распространяться манихейство. В 1120 году вспыхнуло восстание Фан Ла, основной силой которого были недовольные крестьяне. Несмотря на то, что он называл себя «Святым владыкой», до сих пор не вполне ясно, насколько он сам был манихеем.

В ходе восстания и его подавления, по китайским источникам, погибло два миллиона жителей страны (два процента населения). Одновременно оно вызвало большие экстраординарные расходы и потери в армии. Всего через пять лет после него чжурчжэни захватили столицу Сун и пленили ее императора, что привело к резкому ослаблению государства и потере им северного Китая.

Новая работа подкрепляет точку зрения о том, что ослабление Сун в большой степени было вызвано долгосрочными климатическими событиями, а не просто неудачным стечением обстоятельств в виде восстаний и набегов северных варваров. Скорее, восстания и военная слабость стали последствиями климатических неурядиц, преследовавших Китай на протяжении сорока с лишним лет до падения Северной Сун.

Закладка

Скопировать ссылку

Email

Печать

Twitter

VK

Telegram