В Сибири нашли следы древнейшей в истории эпидемии чумы

❋ 5.2

За тысячу лет до постройки пирамид чума уже убивала десятки процентов человеческих популяций — причем даже в обществах, которые раньше считались не подверженными ей. Это означает, что влияние чумной палочки на историю человечества началось раньше и было глубже, чем думали ученые.

Антропология

# антропология

# археология

# история

# чума

# эпидемии

Усть-Ида I. В этой могиле похоронен юноша 12-15 лет и девушка 13-16 лет. У них нет близкого генетического родства, но то, что оба похоронены в одной могиле, может указывать на прижизненную романтическую связь. Оба скелета несут генетические следы чумной палочки, то есть эти люди погибли от чумы / © Владимир Базалийский

Как уже писал Naked Science, в Европе чума была систематическим бичом, периодически резко снижавшим численность популяций как минимум пять тысяч лет. В историческое время, когда источники позволяют получить ясное представление о масштабах эпидемий, дело доходило до сокращения населения крупных европейских стран вдвое, как в XIV веке или в Византийской империи середины VI века.

Однако вопрос о роли чумы в каменном веке, в дописьменную эру, был гораздо сложнее. Самые древние примеры эпидемий чумы в Европе — возрастом около пяти тысяч лет, ровесники древнеегипетского государства. Но у образцов Y. pestis из костей погибших от нее отсутствовал ген Ymt. Многие ученые поэтому критиковали точку зрения об опасности такого патогена.

Дело в том, что без этого гена чумная палочка не может достаточно долго выживать в пищеварительном тракте блох, переносящих чуму с грызунов на человека. То есть бубонная чума, в историческое время убившая больше всего жителей Евразии, у той линии была невозможна.

Теперь группа ученых во главе с Эске Виллерслевом (Eske Willerslev) опубликовала в журнале Nature статью с анализом чумных ДНК из захоронений охотников-собирателей, живших к западу от Байкала примерно пять тысяч лет назад. Исследователи пришли к выводу, что чума приводила к массовой гибели людей уже в ту эпоху, причем она распространялась не так, как бубонная, но все же весьма эффективно.

В захоронениях охотников-собирателей прибайкальского неолита исследователи изучили ДНК, собранные на 46 скелетах из четырех захоронений. У 18 скелетов нашли следы Y. pestis — очень высокий уровень, больше, чем у любого другого патогена на этих скелетах. Практически наверняка эти 18 человек умерли от чумы. На это указывает и то, что непропорционально большая их часть была детьми.

Усть-Ида I, другая могила. Два скелета из трех — единоутробные сестры 9-10 и пяти-шести лет. Третий скелет — мальчика 11-12 лет, не родственный девочкам, но похороненный одновременно с ними. Вероятно, все трое погибли в одной вспышке чумы, генетические следы которой нашли на их останках / © Владимир Базалийский

Датировка показала, что погибли они от двух волн чумы: одна случилась в период 3520-3265 лет до нашей эры, другая — 3315-2235 лет до нашей эры. Впрочем, вторая датировка условная, наиболее вероятная дата второй волны, скорее, 3050–2850 лет до нашей эры. Просто недостаточная выборка затрудняет точное определение возраста второй вспышки. Самая острая вспышка длилась всего 8-11 лет, что похоже на длительность сходных событий в европейские Средние века.

Анализ ДНК самих скелетов позволил выяснить, что среди них многие были близкими родственниками. То есть чума заражала в одной семье, передавалась от человека к человеку. Такое типично для легочного пути распространения чумы, что объясняет ее эпидемию, несмотря на отсутствие гена, позволяющего чумной палочке выживать в пищеварительном тракте блох.

Открытие меняет сразу несколько важных моментов во взглядах ученых на чуму. Во-первых, популярная недавно гипотеза о европейском происхождении чумы (основанная на находках возрастом пять тысяч лет) не выдержала проверку практикой: некоторые новые находки на несколько веков старше. Очевидно, чума распространилась на пять тысяч километров к западу через жившие на этом огромном пространстве людские популяции.

Во-вторых, судя по необычайно большой доле умерших от чумы (более 40 процентов всех найденных скелетов), еще до появления ее бубонной формы и начала передачи с блохами она могла быть опасным массовым заболеванием.

Точки, где нашли 46 затронутых в работе скелета / © Ruairidh Macloud et al.

В-третьих, гипотеза о том, что массовые эпидемии — результат перехода к земледелию и скотоводству, конкретно в случае чумы тоже дала трещину. Ученые отметили, что, вероятнее всего, ее природным резервуаром могли быть песчанки и другие грызуны, типичные для этой части Азии. В таком случае понятно, как эпидемия могла охватить охотников-собирателей, далеких от тесного контакта с домашними животными или мышами, склонными идти за большими запасами зерна.

Следовательно, резкие колебания численности людей неолита, которые генетики раньше списывали на некие необъяснимо сильные неурожаи или геноцид, связанный с войнами, на деле могут быть результатом эпидемий чумы, по масштабам похожим на черную смерть XIV века. Получается, в Евразии люди жили в условиях уникально древнего и сильного воздействия эпидемий: ни в Новом Свете в неолите, ни в Австралии следов настолько летальных эпидемий не зафиксировано.

Нашли опечатку? Выделите фрагмент и нажмите Ctrl + Enter.