Алмазы на Меркурии, скрытые океаны и Девятая планета: главные загадки Солнечной системы

Космические аппараты уже побывали у всех восьми планет, садились на Марс, Венеру, Луну, астероиды и даже на комету, а образцы некоторых малых тел удалось доставить на Землю. Сегодня мы видим Солнечную систему в деталях, которые всего полвека назад были недоступны даже лучшим телескопам. Вот только количество данных не означает, что общая картина стала полной. 

Изучены разные миры неравномерно. Марс годами исследуют орбитальные аппараты и роверы. А вот Уран и Нептун человечество видело вблизи только во время пролетов «Вояджер-2». О внутреннем устройстве многих спутников приходится судить по гравитации, магнитным полям и едва заметным деформациям поверхности. Некоторые области нашей планетной системы мы и вовсе знаем по объектам, что время от времени прилетают оттуда сами. 

Сегодня планетологи пытаются восстановить историю формирования миров и понять, почему похожие планеты пошли разными путями. Также предстоит выяснить, где в Солнечной системе сохранилась жидкая вода и какие условия необходимы для жизни. Ответить хотя бы на часть этих вопросов должны новые наблюдения и космические миссии. И одна из них уже подбирается к ближайшей к Солнцу планете. 

Меркурий, BepiColombo и множество вопросов 

Небольшой каменистый мир рядом с Солнцем почти лишен атмосферы: вместо нее Меркурий окружает крайне разреженная экзосфера. Его древняя поверхность испещрена кратерами, равнинами и уступами, а температура меняется от примерно минус 180 градусов Цельсия ночью до 430 градусов днем. Год здесь длится всего 88 земных суток, но одни солнечные сутки — от восхода до следующего восхода — растягиваются примерно на 176 земных. Однако чем больше данных получали ученые, тем хуже этот образ согласовывался с реальностью. 

Одна из главных странностей Меркурия скрыта внутри. При радиусе около 2440 километров он обладает непропорционально большим металлическим ядром, занимающим большую часть внутреннего объема планеты. Именно сочетание огромного ядра, богатой летучими веществами поверхности и необычной среды делает этот мир одним из самых сложных для объяснения. 

Но как вообще он таким получился? Согласно одному из сценариев, молодой Меркурий мог столкнуться с другим крупным телом и потерять значительную часть первоначальной каменной оболочки. По другим моделям, необычное соотношение металлов и силикатов возникло еще при формировании планеты во внутренней части протопланетного диска. Но ведь объяснить нужно не только размеры ядра. 

Много неожиданностей принесла миссия MESSENGER — первый и пока единственный аппарат, который долго работал на орбите Меркурия. С 2011 по 2015 год он картировал поверхность, исследовал магнитное и гравитационное поля и измерял химический состав планеты. Выяснилось, что первая планета от Солнца куда богаче летучими веществами, чем считалось. Это существенно усложнило сценарии, в которых Меркурий пережил настолько сильный нагрев, что большая часть таких веществ должна была исчезнуть. 

Еще один сюрприз обнаружили около полюсов: в постоянно затененных кратерах сохраняются залежи водяного льда и других летучих соединений. Солнечный свет не достигает дна некоторых из них, поэтому температура там остается довольно низкой, чтобы лед мог сохраняться. Откуда именно он появился — был доставлен кометами и астероидами, образовался в результате взаимодействия вещества поверхности с солнечным ветром или имеет несколько источников — окончательно не ясно.  

Не до конца понятно и внутреннее устройство Меркурия. У планеты есть собственное глобальное магнитное поле, а значит, по крайней мере часть металлического ядра должна оставаться жидкой. Некоторые модели допускают еще более необычную картину. В 2024 году ученые показали, что при определенных давлениях, температурах и химическом составе углерод в недрах молодого Меркурия мог превратиться в алмазы. В таком случае на границе ядра и мантии мог сформироваться богатый алмазами слой. Хотя это лишь модель внутреннего строения планеты, она показывает, насколько необычной может быть химия Меркурия.

Более подробную картину должна получить BepiColombo — совместная миссия Европейского космического агентства и японского JAXA, запущенная в 2018 году. После серии гравитационных маневров она должна выйти на орбиту Меркурия в конце 2026 года. Ожидается, что начало ее полноценной работы станет новым этапом изучения этого мира. 

Состоит BepiColombo из двух научных орбитальных аппаратов. Европейский Mercury Planetary Orbiter будет изучать поверхность, рельеф, химический состав, гравитационное и магнитное поля. Японский Mio, в свою очередь, займется магнитосферой, заряженными частицами и взаимодействием планеты с солнечным ветром. Возможность одновременно вести такие наблюдения особенно важна: небольшая магнитосфера Меркурия постоянно меняется. 

И Меркурий — только первый пример. У Венеры другая крайность: при размерах и массе, близких к земным, эта планета прошла совершенно иной путь климатической и геологической эволюции. 

Как близнец Земли превратился в раскаленный мир 

Венеру часто называют близнецом Земли, и основания для такого сравнения есть. Ее радиус составляет 6050 километров — всего на несколько сотен километров меньше земного, а масса достигает примерно 80 процентов земной. Состоят обе планеты преимущественно из каменных пород и металлов. Но на этом сходство почти заканчивается. 

Сегодня поверхность Венеры разогрета примерно до 465 градусов Цельсия. Ее плотная атмосфера состоит в основном из углекислого газа, а давление у поверхности примерно в 90 раз превышает земное. Над планетой висят облака серной кислоты. В результате мир, который по своим размерам напоминает Землю, оказался одним из самых негостеприимных мест Солнечной системы. Но как именно Венера пришла к такому состоянию? 

Один из главных вопросов в том, была ли на Венере когда-нибудь жидкая вода. Некоторые климатические модели допускают, что в прошлом там могли существовать океаны и сравнительно мягкий климат. Другие же предполагают, что планета оставалась слишком горячей с самого начала и вода так и не смогла сконденсироваться на поверхности. Современные обзоры эволюции каменистых миров оба сценария оставляют открытыми. 

Если океаны все же существовали, их исчезновение могло быть связано с усилением парникового эффекта. По мере нагрева вода испарялась, а водяной пар дополнительно удерживал тепло. В верхних слоях атмосферы молекулы воды разрушались солнечным излучением, после чего легкий водород постепенно уходил в космос. Свою роль могли сыграть и процессы внутри Венеры: вулканизм, выбросы газов из мантии и обмен веществом между недрами, поверхностью и атмосферой. 

Причем судя по всему Венера — не геологически мертвый мир. В 2024 году исследователи повторно изучили радиолокационные снимки аппарата Magellan, сделанные в начале 1990-х годов, и обнаружили изменения, которые интерпретировали как появление новых лавовых потоков. Это стало еще одним свидетельством того, что вулканическая активность на планете могла продолжаться совсем недавно, а возможно, продолжается до сих пор. 

Оценить ее масштабы непросто. Плотные облака скрывают поверхность планеты, из-за чего изучать рельеф приходится с помощью радара. При этом самые подробные глобальные карты основаны главным образом на данных Magellan, собранных более 30 лет назад. 

Ответы должны принести будущие миссии. DAVINCI изучит атмосферу Венеры и измерит ее химический и изотопный состав. Особое внимание уделят благородным газам и изотопам водорода, способным сохранить сведения о потерянной воде и климатическом прошлом планеты. Миссии VERITAS и европейская EnVision сосредоточатся на поверхности и недрах. Их радиолокационные наблюдения помогут искать следы недавних извержений, деформаций коры и других проявлений геологической активности. 

Но главный вопрос шире: когда и почему история Венеры разошлась с земной? Сравнительные исследования Венеры, Земли и Марса показали, что похожие размеры и состав еще не гарантируют планетам одинаковую судьбу. Это важно и для изучения экзопланет: далеко не каждый каменистый мир земных размеров обязательно похож на нашу планету. 

У Марса ситуация также необычна. Сегодня он холодный и сухой, однако его поверхность сохранила следы рек, озер и, возможно, обширных водоемов. И здесь главный вопрос уже другой: куда исчезла вода?

Куда делись марсианские океаны 

Марс трудно представить водным миром. Его поверхность сухая и холодная, атмосфера разрежена, а жидкая вода в таких условиях долго существовать не может. Но марсианский рельеф рассказывает совсем другую историю. На планете сохранились высохшие речные долины, древние русла и дельты, а марсоход Perseverance исследует в кратере Езеро породы, в прошлом измененные водой. Наблюдения также подтверждают, что миллиарды лет назад на Красной планете существовали озера и грунтовые воды. 

Могли быть и куда более крупные водоемы. Идею древнего океана в северных низменностях Марса обсуждают уже не одно десятилетие, хотя однозначных доказательств пока нет. Климатические модели тоже дают разные ответы: молодой Марс мог быть сравнительно теплым и влажным или оставаться холодным, а жидкая вода появлялась лишь периодически. В исследовании 2025 года, например, ученые показали, что холодный климат вполне мог сочетаться с полярным океаном и крупными ледяными щитами. 

Но если воды было так много, куда она исчезла? Главной проблемой долго называли потерю атмосферы: постепенно Марс лишился большей ее части, а вместе с ней часть воды ушла в космос. Этого, однако, было недостаточно. В 2021 году ученые заключили, что значительная доля древней воды не покинула планету, оставшись связанной в минералах марсианской коры. Другая часть сохранилась в виде льда. Теперь же появились основания предполагать, что где-то вода остается жидкой. 

На это указали данные миссии InSight. Аппарат регистрировал марсотрясения под поверхностью. В 2024 году выяснилось, что полученные данные хорошо согласуются с моделью, в которой на глубине примерно от 11 до 20 километров трещины в породах заполнены жидкой водой. Если такой слой распространен по всей планете, ее запасов теоретически хватило бы, чтобы покрыть Марс водой глубиной от одного до двух километров. 

Вместе с тем выводы InSight пока нельзя считать доказательством существования огромного подземного резервуара. В 2025 году появилась альтернативная интерпретация. Согласно ей измерения допускают гораздо меньше жидкой воды, чем предполагалось. С другой стороны, еще одно исследование выявило признаки, вероятно связанные с водой в коре. Так что ученые пока видят лишь косвенные свидетельства, а не сам подземный океан. 

Ответы могут находиться в самих марсианских породах. Метеориты с Марса уже позволяют изучать его геологическую историю. Правда, ученые обычно не знают, из какого именно места на планете они были выбиты. Чтобы точнее восстановить историю воды, атмосферы и климата, потребуется лабораторный анализ образцов. На это указали авторы исследования 2025 года. Среди будущих проектов — китайская Tianwen-3, чья научная программа включает поиск свидетельств древней обитаемости. 

Значит, вода на Красной планете могла уйти в космос, часть замерзла, часть оказалась заперта в породах, а какая-то доля, возможно, до сих пор существует глубоко под поверхностью. Ну а чтобы понять, каким был Марс, ученым предстоит выяснить, сколько вообще воды он сохранил. 

Интересно, что следы ранней Солнечной системы сохранились и в малых телах: астероиды и кометы долго считались принципиально разными объектами, но новые исследования постепенно эту границу размывают.  

Чем на самом деле оказались астероиды и кометы?

Астероиды и кометы удобно представлять как два разных класса объектов. Первые — преимущественно каменные тела, вторые — богатые льдом остатки ранней Солнечной системы, которые образуют кому и хвост при приближении к Солнцу. Вот только в действительности граница между астероидами и кометами не такая уж четкая. 

Особенно хорошо это показывают так называемые темные кометы. Внешне такие объекты могут выглядеть как обычные астероиды: вокруг них не видно ни газовой оболочки, ни заметного хвоста. Но их орбиты слегка меняются так, словно на тело действует дополнительная сила. Одно из возможных объяснений — выделение летучих веществ, слишком слабое, чтобы образовать заметную кому. 

Описав 14 таких объектов в 2024 году, ученые обнаружили, что они образуют две разные группы, отличающиеся размерами и орбитами. Одни напоминают по динамике кометы внешней части Солнечной системы, другие находятся ближе к Солнцу. Это означает, что внешне неактивных, но содержащих летучие вещества тел может быть много больше, чем считалось. А привычное разделение на астероиды и кометы в некоторых случаях описывает поведение объекта, нежели его истинный состав. 

Еще сильнее картину изменили образцы, доставленные на Землю в 2020 году. Тогда японская «Хаябуса-2» вернула материал с астероида Рюгу. Его лабораторное исследование показало, что вещество объекта близко по составу к редким углистым метеоритам и содержит органические соединения. 

При этом минералы в образцах несут следы взаимодействия с жидкой водой. Как следует из обзора результатов миссии, родительское тело Рюгу в ранней Солнечной системе прошло сложную химическую эволюцию: лед внутри него таял, вода изменяла минералы, а позднее тело разрушилось, и из его обломков сформировался современный астероид.   

То есть некоторые небольшие и на первый взгляд примитивные астероиды хранят следы воды, нагрева, химических реакций и разрушения более крупных тел. Именно по этой причине образцы Рюгу и других астероидов помогают восстановить условия, в которых сформировались планеты, и выяснить, откуда на молодой Земле могли появиться вода и органические соединения.  

Сюрпризы приносит и форма малых тел. В 2025 году зонд Lucy пролетел мимо астероида Дональдджохансон. Выяснилось, что это вытянутое сложно вращающееся двухлопастное тело кувыркается в пространстве. Подобные объекты помогают понять, как небольшие астероиды сталкиваются, разрушаются и собираются из фрагментов вновь. 

Для Lucy это лишь промежуточная цель. Впереди у миссии исследование троянских астероидов Юпитера — тел, что могли сохраниться с первых этапов формирования гигантских планет. Их состав и строение помогут проверить модели ранней миграции миров и понять, насколько перемешанной была наша юная звездная система. 

Таким образом, астероиды и кометы — не две четко разделенные категории, а куда более разнообразный набор небесных тел с разной долей льда, камня, органики и разной историей. Но если вода встречается даже в небольших объектах, то сколько скрытых океанов может существовать в более крупных мирах внешней Солнечной системы?  

Где и как искать океаны и жизнь? 

Поиски жизни за пределами Земли были долго сосредоточены на поверхности планет. Но исследования внешней Солнечной системы эту картину изменили. Теперь одними из самых перспективных мест для поиска потенциально обитаемых условий считаются ледяные спутники, чьи океаны скрыты под километрами льда. 

Главные кандидаты — луна Юпитера Европа и спутник Сатурна Энцелад. Есть основания предполагать существование жидких слоев и внутри Ганимеда, Каллисто, Титана, а возможно, и Тритона. У некоторых таких миров, прежде всего Европы и Энцелада, важную роль играет приливной нагрев: гравитация планеты постоянно деформирует спутник, а возникающее внутри трение выделяет тепло, помогая воде оставаться жидкой. 

Увидеть такой океан напрямую невозможно. Поэтому ученые ищут его по косвенным признакам. Один из методов основан на электромагнитной индукции: соленая вода проводит электрический ток и по-своему реагирует на меняющееся магнитное поле планеты. Эти изменения позволяют судить о существовании и свойствах скрытых проводящих слоев. Современный обзор метода показал, что новые миссии смогут использовать его для более точного изучения ледяных миров. Океаны также выдают себя особенностями гравитационного поля, приливными деформациями поверхности и геологической активностью. 

Особенно удобен в этом плане Энцелад. Через трещины около его южного полюса в космос выбрасываются струи водяного пара и частиц льда. Когда зонд «Кассини» пролетал сквозь них, он фактически смог изучить материал подповерхностного океана. В веществе нашли соли, органические соединения и фосфор — важные компоненты для известных земных организмов. Свежие обзоры также относят Энцелад к наиболее перспективным потенциально обитаемым мирам Солнечной системы. 

Но вода — лишь первое условие. Ее химический состав может сделать среду как подходящей, так и крайне неблагоприятной для жизни. В исследовании 2026 года ученые сравнили предполагаемую химию водных резервуаров Земли, Марса и нескольких ледяных лун. Для потенциальной обитаемости важны кислотность, соленость, доступность углерода, азота, фосфора и серы, а также источники химической энергии. Причем значение могут иметь и отдельные вещества: аммиак, например, снижает температуру замерзания воды, но при высокой концентрации способен сильно менять условия для биохимических процессов. 

Иногда новые измерения заставляют усомниться даже в существовании самого океана. Титан, например, долго считали миром с глобальным слоем жидкой воды под ледяной корой. Но в 2025 году выяснилось, что внутреннее строение спутника может быть сложнее. Наблюдения за тем, как Титан деформируется под действием гравитации Сатурна, оказались плохо совместимы с простой моделью сплошного подповерхностного океана. Это не значит, что жидкой воды внутри нет совсем, но привычная картина в виде единого подповерхностного океана могла быть слишком упрощенной. 

Проверить эти гипотезы смогут новые миссии. Europa Clipper уже направляется к Европе. Во время серии близких пролетов аппарат будет изучать ее ледяную оболочку, поверхность и возможный океан. Главная задача — понять, есть ли на этой луне условия, подходящие для жизни. Напрямую искать саму жизнь миссия не будет. 

Изучением Ганимеда, Каллисто и Европы займется европейская миссия JUICE. Ее будущие гравитационные и геодезические измерения могут помочь проверить существование океана даже внутри Каллисто. 

На Титан отправится миссия NASA Dragonfly, чей запуск запланирован на 2028 год. Аппарат не сможет добраться до предполагаемого океана, но изучит органическую химию поверхности и условия, в которых сложные молекулы взаимодействуют с водой и льдом. 

Список возможных океанических миров может оказаться еще длиннее. Даже Тритон — крупнейший спутник Нептуна — рассматривают как потенциальный океанический мир, где внутренний океан может сочетаться с геологической активностью и обменом веществом между недрами и поверхностью. 

То есть вопрос не в том, где в Солнечной системе есть вода, а в том, что именно в ней находится: откуда берется энергия и может ли скрытый океан обмениваться веществом с каменным дном и поверхностью. И пока одни спутники постепенно превращаются в главные цели поиска обитаемых сред, две планеты внешней Солнечной системы остаются практически неизученными. 

Две планеты, два пролета: Уран и Нептун 

Уран и Нептун занимают особое место среди планет Солнечной системы. Они заметно меньше Юпитера и Сатурна, но куда массивнее Земли. Их относят к ледяным гигантам: считается, что в недрах этих миров доля более тяжелых веществ — воды, аммиака и метана — много выше, чем у газовых гигантов. Но соответствует ли эта картина реальности? 

Вблизи обе планеты видел всего один аппарат — «Вояджер-2». Он пролетел мимо Урана в 1986 году, а мимо Нептуна в 1989-м. Никаких орбитальных миссий к ним с тех пор не было. Поэтому большая часть наших представлений об их гравитационных и магнитных полях, внутреннем тепле и системах спутников по-прежнему опирается на данные двух пролетов почти сорокалетней давности. 

Причем Уран и Нептун, несмотря на внешнее сходство, оказались очень разными. Нептун, в отличие от Урана, отдает в космос сильно больше внутреннего тепла. При этом почему так происходит неясно. Возможно, дело в строении недр и в том, насколько свободно тепло проходит через внутренние слои. Новые модели атмосферы и будущие микроволновые наблюдения помогут точнее связать состав верхних слоев с процессами глубже внутри планет.  

Необычны и их магнитные поля. У Земли или Юпитера магнитная ось сравнительно близка к оси вращения, а у Урана и Нептуна поля сильно наклонены и заметно смещены относительно центров планет. Из-за этого их магнитосферы меняются особенно сложным образом по мере вращения. Почему так происходит неизвестно. Планетологи связали эту загадку с неясным устройством глубинных слоев ледяных гигантов, а новые модели магнитосферы Урана показали, насколько необычно она взаимодействует с верхней атмосферой.  

Луны ледяных миров также мало изучены. У Урана их десятки, а поверхность крупных спутников — Миранды, Ариэля, Умбриэля, Титании и Оберона — известна в основном по снимкам «Вояджера-2», наблюдениям с Земли и космических телескопов. Хотя ученые постепенно уточняют состав этих миров с помощью спектроскопии, вопрос об их внутреннем строении остается открытым. 

У Нептуна особенно интересен Тритон — крупнейший спутник планеты. Его, вероятно, захватили из пояса Койпера, а поверхность оказалась геологически молодой и активной. Тритон также стали рассматривать как возможный океанический мир. Не лишены сюрпризов и самые маленькие луны Нептуна: их состав и строение, по данным исследования 2026 года, могут хранить следы разрушения и переустройства прежней системы спутников. 

Причем часть далеких спутников удалось предсказать еще до их открытия. В 2001 году, исследователи, опираясь на закономерности распределения нерегулярных лун планет-гигантов, предположили существование пяти таких тел — двух с прямыми и трех с обратными орбитами — на расстояниях от примерно 16 до 48 миллионов километров от Нептуна. Уже в следующие годы в этой области действительно обнаружили пять спутников с соответствующими типами орбит.  

Получить принципиально новые данные можно только при возвращении к этим планетам. В качестве главного будущего проекта планетологи рассматривают орбитальный аппарат с атмосферным зондом Uranus Orbiter and Probe. Такая миссия смогла бы годами измерять гравитационное и магнитное поля Урана, изучать его атмосферу, кольца и спутники и впервые получить данные непосредственно из глубины атмосферы. 

Пока, однако, это приоритетное направление и прорабатываемая концепция, а не уже запланированная миссия. Даже отдельные технические научные работы 2026 года пока посвящены тому, как будущий аппарат вообще сможет эффективно выйти на орбиту ледяного гиганта и провести необходимые измерения. 

Словом, проблема ледяных гигантов сегодня парадоксальна: две из восьми планет Солнечной системы остаются одними из наименее изученных крупных миров. И прежде чем искать еще одну планету далеко за Нептуном, ученым предстоит разобраться хотя бы с теми, о существовании которых мы знаем наверняка. 

Есть ли девятая планета? 

За орбитой Нептуна начинается область, которую мы знаем гораздо хуже внутренней Солнечной системы. Там движутся тысячи транснептуновых объектов, а некоторые из них находятся настолько далеко, что один оборот вокруг Солнца занимает тысячи лет. При этом у части самых далеких тел орбиты оказались ориентированы схожим образом. Предполагается, что все дело в массивном мире далеко за Нептуном — именно его гравитация перестроила орбиты этих объектов. Саму планету, однако, обнаружить не удалось. 

В 2024 году эта гипотеза получила новый аргумент. Исследователи показали, что присутствие Девятой планеты может объяснить еще один класс транснептуновых объектов — тел с длинными периодами обращения, небольшим наклоном орбиты и траекториями, пересекающими область Нептуна. В моделях без дополнительной планеты наблюдаемое распределение таких объектов воспроизводилось хуже. Но это все еще косвенный аргумент, а не обнаружение самого мира. 

Усложняют картину и другие находки. В 2025 году астрономы сообщили об открытии объекта 2023 KQ14, получившего название Аммонит. Он движется по очень вытянутой орбите: в ближайшей к Солнцу точке находится примерно в 0,001 светового года от него, а в самой дальней удаляется почти на 0,007 светового года. Позже выяснилось, что эта орбита стабильна на протяжении миллиардов лет, но при этом не совпадает с ориентацией других известных объектов типа Седны. То есть Аммонит заполнил прежде почти пустую область распределения далеких тел и тем самым добавил новое ограничение на модели Девятой планеты. 

Если она существует, ее орбита, вероятно, должна быть достаточно далекой. К тому же Ammonite лучше согласуется со сценариями, где гипотетическая планета находится примерно в сотнях астрономических единиц от Солнца, нежели с более близкими вариантами.  

При этом Девятая планета — не единственное объяснение странной архитектуры окраин Солнечной системы. Еще один сценарий предполагает, что в первые миллионы лет рядом с юной Солнечной системой прошла другая звезда и своей гравитацией изменила орбиты далеких объектов. Так, в препринте 2026 года ученые смоделировали такой пролет и последующую эволюцию системы на протяжении 4,5 миллиарда лет. В их расчетах эта модель смогла довольно хорошо воспроизвести современное распределение транснептуновых объектов, включая такие тела, как Седна. 

Значит, необычные орбиты могут быть следом скрытого мира, результатом древнего звездного пролета или сочетанием сразу нескольких процессов. Разобраться помогут новые обзоры неба: чем больше далеких объектов удастся обнаружить и чем точнее станут известны их орбиты, тем проще будет отличить реальную структуру от эффекта небольшой выборки. 

Тут возможны два исхода. Либо среди слабых движущихся точек однажды действительно найдется новый крупный мир, либо окажется, что Девятая планета и вовсе не нужна, а странности окраин Солнечной системы сохранили след событий, что произошли в первые миллионы лет ее существования.

Где заканчивается Солнечная система?

На первый взгляд у этого вопроса должен быть простой ответ. Планеты заканчиваются Нептуном, за ним простирается пояс Койпера, а дальше начинается почти пустое пространство. Но провести одну линию, за которой Солнечная система превращается в межзвездное пространство, невозможно. 

Одна из наиболее очевидных границ связана с солнечным ветром — потоком заряженных частиц, что постоянно исходит от Солнца. Он формирует вокруг светила огромную область — гелиосферу. По мере удаления солнечный ветер замедляется и в конечном итоге сталкивается с веществом межзвездной среды. Граница, разделяющая эти области, называется гелиопаузой. Именно ее часто (но не вполне корректно) используют как условный край владений Солнца. 

Эту границу уже пересекли оба «Вояджера». Первый сделал это в 2012 году примерно в 0,00193 светового года от Солнца, а второй — в 2018-м на расстоянии около 0,00188 светового года. Зонды зарегистрировали резкое уменьшение числа частиц солнечного происхождения и изменения плотности плазмы и магнитного поля. Так что их смело можно считать первыми аппаратами, что вышли в межзвездную среду. 

Правда, гелиопауза — не просто неподвижная оболочка. Ее положение и свойства зависят от солнечной активности, давления межзвездной среды и направления магнитного поля вокруг Солнечной системы. Исследования данных «Вояджеров» даже указали на существование сложного переходного слоя в районе этой границы.    

Причем изучать ее можно и не отправляя аппараты так далеко. С 2008 года зонд IBEX наблюдал энергетически нейтральные атомы, прилетающие из внешней части гелиосферы. За 14 лет наблюдений он позволил составить своего рода карту взаимодействия солнечного ветра с межзвездной средой и обнаружил неожиданную структуру — так называемую ленту IBEX, источник которой, судя по всему, расположен за гелиопаузой. 

Но и эта картина пока далеко не полная. В 2026 году анализ магнитных измерений «Вояджеров» показал, что направление межзвездного магнитного поля около двух аппаратов заметно отличается и от ожидаемого невозмущенного поля, и друг от друга. Вероятно, поле огибает гелиосферу и деформируется близ ее границы. Поэтому даже спустя годы после пересечения гелиопаузы аппараты все еще находятся в области, на которую влияет присутствие Солнца. 

Разобраться в ее устройстве призван помочь запущенный в 2025 году аппарат IMAP. Подобно IBEX, он будет наблюдать энергетические нейтральные атомы и по ним восстанавливать структуру внешней гелиосферы. Более широкий диапазон измерений позволит изучить как область перед гелиопаузой, так и вещество непосредственно за ней. Взаимодействие солнечного ветра с межзвездной средой сегодня считается одной из ключевых задач исследования окраин гелиосферы. 

Вот только пересечение гелиопаузы еще не означает, что аппарат покинул Солнечную систему. Границей планетной системы принято считать область, где гравитационное влияние объекта доминирует над гравитацией любого другого тела. В случае Солнечной системы эта граница простирается сильно дальше гелиопаузы. 

Предполагается, что за поясом Койпера расположилось облако Оорта — огромный резервуар ледяных тел, из которого к внутренним планетам прилетают долгопериодические кометы. 

Само облако Оорта напрямую никто не видел. О его существовании и структуре астрономы судят по орбитам комет и численным моделям. Разные оценки помещают его внутреннюю часть на расстояния в тысячи астрономических единиц, а внешнюю — в десятки тысяч и, возможно, примерно до 100 тысяч астрономических единиц от Солнца. А это, на секундочку, около 1,6 светового года. При этом границы облака постоянно меняются под действием проходящих мимо звезд и гравитации Галактики. На это указали современные модели его эволюции и обзоры внешних кометных резервуаров.  

Таким образом, у нашей звездной системы нет единственного края. На расстоянии примерно 0,0019 светового года (120 астрономических единиц) заканчивается гелиосфера и начинается межзвездная плазма. Но тела, гравитационно связанные с Солнцем, могут существовать еще дальше и среди них может быть даже загадочная девятая планета нашей системы. «Вояджеры» уже покинули гелиосферу, но чтобы добраться до внешних областей облака Оорта, им понадобятся десятки тысяч лет. 

Чем дальше мы отходим от родного светила, тем менее четкими становятся и наши знания, и сама граница исследуемого мира. Солнечная система не заканчивается одной четкой линией, а постепенно — там, где влияние Солнца уступает влиянию Галактики и соседних звезд. И даже эту границу мы только начинаем изучать.