Ювенильная склеродермия — редкое хроническое аутоиммунное заболевание, которое развивается у детей и сопровождается воспалением, нарушением работы сосудов и патологическим разрастанием соединительной ткани. Болезнь может протекать в двух основных формах: локализованной, при которой поражаются отдельные участки кожи и подлежащих тканей, и системной — более тяжелой, затрагивающей внутренние органы.
Несмотря на то что механизмы развития заболевания изучаются давно, до сих пор оставалось неясным, почему у одних детей развивается более ограниченная форма болезни, а у других — тяжелая системная.
В исследование вошли 215 детей с различными формами ювенильной склеродермии и 72 здоровых ребенка контрольной группы. Ученые проанализировали полиморфизмы трех генов, связанных с ремоделированием тканей и сосудистой функцией: MMP1, MMP9 и NOS3. Наиболее значимые различия были обнаружены для двух из них. Определенный вариант гена MMP9 оказался связан с локализованной формой заболевания, а вариант гена NOS3 — с системной. Результаты работы опубликованы в журнале International Journal of Molecular Sciences.
«Ювенильная склеродермия — сложное и неоднородное заболевание, и за внешне схожими клиническими проявлениями могут стоять разные молекулярные механизмы. Наше исследование показывает, что уже на уровне генетической предрасположенности локализованная и системная формы болезни различаются. Это важно не только для понимания патогенеза, но и для будущего развития персонализированных подходов в детской ревматологии — когда выбор терапии будет опираться не только на клиническую картину, но и на молекулярный профиль пациента», — отметила директор Клиники детских болезней Сеченовского центра материнства и детства, заведующая кафедрой детских болезней Клинического института детского здоровья им. Н. Ф. Филатова, заслуженный врач РФ Наталья Геппе.
Особый интерес представляет то, что выявленные генетические различия, вероятно, отражают разные механизмы развития болезни. Если при локализованной форме ключевую роль может играть нарушение ремоделирования тканей, то при системной — сосудистая дисфункция и более глубокое вовлечение иммунных механизмов. Исследование также показало связь одного из генетических вариантов с особенностями гуморального иммунного ответа — в частности, с изменением уровня антител к коллагену IV, одному из ключевых компонентов сосудистой стенки и соединительной ткани. Это позволяет глубже понять механизмы повреждения тканей при системной форме заболевания.
«Перспективным представляется создание генетического биобанка для изучения больных ювенильной склеродермией,что послужит лучшему пониманию механизмов болезни и целей для лекарственного воздействия», — добавила д.м.н., доцент кафедры детских болезней Клинического института детского здоровья им. Н. Ф. Филатова Мария Осминина.
Следующим этапом работы станет изучение того, как выявленные генетические особенности влияют на эффективность терапии. Исследователи планируют оценить, можно ли использовать эти данные для прогнозирования ответа на стандартное лечение и биологические препараты. В перспективе это может стать основой для более точного и персонализированного подхода к лечению детей с ювенильной склеродермией.