В северной части Тихого океана обитают два экотипа косаток, которые ведут совершенно разный образ жизни: транзитные (косатки Т-типа) и резидентные (косатки R-типа). Транзитные косатки, которых также называют «косатками Бигга», — кочевники. Они собираются во временные охотничьи группы и вместе нападают на тюленей, дельфинов и других китов. Их социальные связи меняются, они свободно перемещаются и не привязаны к одной семье.
С резидентами все иначе. Эти косатки создают большие кланы, основанные на кровном родстве по материнской линии. Детеныши остаются с матерью на всю жизнь. Вместе они отдыхают, путешествуют. Охотятся же они чаще поодиночке, но при этом всегда держатся поблизости друг от друга, координируя поиск рыбы. После охоты резиденты нередко делятся добычей с другими членами семьи, поддерживая тем самым прочные социальные связи внутри стаи.
Ученые долго полагали, что два экотипа практически не пересекаются. Но Сергей Фомин из Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения Российской академии наук обнаружил свидетельства жестоких столкновений между представителями этих групп.
В 2022 году на одном из пляжей острова Беринга Фомин нашел спинной плавник косатки. Он был в крови и весь покрыт следами чужих зубов. Через два года, в 2024-м, на берег выбросило еще один со следами укуса.
Генетическая экспертиза показала, что плавники принадлежали резидентным косаткам, а следы зубов — с большой долей вероятности транзитным. Команда Фомина пришла к выводу, что морские млекопитающие стали жертвой косаток Бигга.
Коллега Фомина Ольга Филатова из Университета Южной Дании давно пыталась понять, почему резидентные косатки создают такие большие и устойчивые семьи. Обычно у зубатых китов (Odontoceti), к которым относятся и косатки, группы меняются: старые знакомые уходят, появляются новые, союзы распадаются и создаются заново. Но резидентные косатки живут иначе — они всю жизнь остаются с матерью, даже став взрослыми и самостоятельными охотниками.
Когда биолог узнала о двух плавниках и вероятном каннибализме, все встало на свои места. Она предположила, что резидентные косатки, вероятно, сбиваются в большие группы, чтобы защититься от агрессивных сородичей. Вместе с Фоминым и коллегой Иваном Федутиным исследовательница опубликовала научную работу в журнале Marine Mammal Science, где изложила эту гипотезу.
Косатки — высшие хищники в своей экосистеме. Они не имеют естественных врагов среди морских млекопитающих и почти не подвергаются нападениям со стороны других животных. Но встречаются исключения. Известны случаи, когда более мелкие гринды (Globicephala) заставляли косаток спасаться бегством, атакуя всей группой.
Сородичи тоже не всегда дружелюбны. В 2016 году биолог Джаред Тауэрс (Jared Towers) из канадской компании Bay Cetology описал случай, когда стая транзитных косаток загнала и убила новорожденного детеныша из такой же группы. Тело хищники не тронули. По словам Тауэрса, убийство нужно было, чтобы самка (мать детеныша) снова стала готова к спариванию: у многих хищников самка не спаривается, пока занимается выкармливанием.
Тауэрс согласен с гипотезой, что резидентные косатки собираются большими семьями, чтобы защититься от сородичей. Вот только насчет каннибализма на острове Беринга у него есть сомнения. Ученые не могут исключать, что плавники откусили свои же во время драки. Или косатки умерли естественной смертью, а их трупы просто объели.
Почему косатки могут практиковать каннибализм? Филатова полагает, что такие эпизоды связаны с необычными обстоятельствами, например с малым количеством пищи в конкретной среде. На острове Беринга основная добыча косаток — морские котики и сивучи. Когда на лежбищах никого нет, хищникам приходится искать другие варианты. Если в такой момент мимо проплывает молодая резидентная косатка, оставшаяся без защиты семьи, она вполне может превратиться из сородича в обед.