Деревня Багич (Западно-Поморское воеводство современной Польши) расположена вблизи побережья Балтийского моря. В этих местах постоянно происходит эрозия береговой линии, обрыв может отступать на расстояние до одного метра в год.
В 1898 году, после очередного обвала грунта, из скальной породы вымыло бревно, которое упало с обрыва вниз. Бревно оказалось очень хорошо сохранившимся деревянным гробом римского железного века (начало нашей эры).
Внутри нашли останки женщины, похороненной вместе с костяной булавкой, парой бронзовых браслетов, ожерельем из стеклянных и янтарных бусин и бронзовой фибулой (застежкой). Кроме того, в гробу лежали небольшая деревянная табуретка, бычья шкура и фрагменты шерстяной одежды.
Из-за сравнительно богатого погребального инвентаря и изолированного местоположения гроба ученые решили, что захоронение принадлежит женщине с высоким социальным статусом. Поэтому покойную назвали «принцессой из Багича». Однако позже поблизости раскопали крупный некрополь с захоронениями вельбарской (вильбаркской) культуры, и в знатном происхождении женщины возникли сомнения.
Вельбарская археологическая культура (I-IV века нашей эры) была распространена от юго-восточного побережья Балтики до Западной Волыни. Ее связывают с готами и другими носителями восточногерманских языков. Вельбарская культура известна тем, что умерших часто хоронили в выдолбленных из бревен гробах. Однако от деревянного гроба в таких захоронениях обычно остаются лишь незначительные следы, или они вовсе отсутствуют.
Поэтому гроб «принцессы из Багича» — единственный известный деревянный гроб той эпохи, сохранившийся до наших дней.
Для определения времени захоронения до сих пор применяли два метода датировки. Типологический анализ артефактов, проведенный в 1980-х годах, показал, что женщина, вероятно, была похоронена в середине II века нашей эры, в интервале от 110 до 160 года.
Однако радиоуглеродный анализ зуба женщины, проведенный в 2018-м, сдвинул время захоронения почти на столетие назад — между 113 годом до нашей эры и 65 годом нашей эры.
Археолог Марта Хмель-Хржановска из Щецинского университета и ее коллеги, статья которых опубликована в журнале Archaeometry, провели дендрохронологический анализ дубового ствола, из которого был выдолблен гроб «принцессы из Багича». Результаты показали, что этот дуб срубили примерно в 120 году нашей эры. Таким образом, типологический анализ оказался точнее, чем радиоуглеродный.
Исследователи предположили, что на точность радиоуглеродной датировки повлияла диета женщины или факторы окружающей среды, например жесткая вода. Употребление в пищу рыбы, обитающей в такой воде, может влиять на результаты радиоуглеродного датирования, искусственно завышая возраст человека.
Проведенный ранее изотопный анализ зубов покойной показал, что она потребляла значительное количество животного белка и, возможно, пресноводной, но не морской рыбы. Это обстоятельство удивило ученых: им показалось странным, что женщина, похороненная у Балтийского моря и, скорее всего, жившая в этом регионе, не ела морскую рыбу.
На основании результатов анализа изотопов стронция в останках исследователи предположили, что женщина была родом с шведского острова Эланд в Балтийском море. Но это не точно, поскольку ледниковые процессы привели к тому, что на балтийском побережье Польши уровень изотопов стронция очень похож на тот, что наблюдается в Скандинавии.
Изучение останков также показало, что «принцессе из Багича» на момент смерти было 20-35 лет. При этом у нее наблюдались патологические изменения в суставах, свидетельствующие об остеоартрите. Это заболевание обычно характерно для пожилых людей. Не исключено, что ранний износ суставных хрящей — последствие тяжелой физической работы, а это тоже противоречит гипотезе о знатном происхождении «принцессы из Багича».