В Равенне — столице Западной Римской империи — император Гонорий 12 декабря 416 года нашей эры издал указ, который запрещал мужчинам носить «длинные локоны» в священном городе Риме и соседних регионах. Тем же указом запретили носить одежду из шкур животных, даже рабам.
Свободные люди, игнорировавшие этот запрет, подвергались судебному разбирательству и наказанию, а рабов-нарушителей могли приговорить к общественным работам. Примерно в то же время влиятельный философ Синезий Киренский в произведении «Похвала лысине» изобразил лысых мужчин как более здоровых, мудрых и заслуживающих доверия.
В статье, опубликованной в журнале Pyrenae, специалист по римской археологии Хавьер Арсе исследовал связь между запретом на длинные волосы и «Похвалой лысине». Ученый предположил, что указ Гонория был не просто попыткой властей регулировать личную гигиену и внешний вид граждан, а стал реакцией на рост популярности моды, связанной с народами, которых римляне называли варварами.
Время, когда был принят указ, имеет ключевое значение. Всего за шесть лет до того, в августе 410 года нашей эры, вестготы под предводительством Алариха захватили и разграбили Рим. Это стало символом ослабления и упадка Западной Римской империи, все более и более страдавшей от натиска варваров, прежде всего германских племен: готов, вестготов, франков, вандалов, традиционно изображаемых с длинными волосами и в меховой одежде.
У этих народов длинные волосы символизировали высокий социальный статус, авторитет и политическую власть. Их разрешали носить исключительно членам королевской семьи, представителям аристократии, военачальникам.
Как отметил профессор Арсе, на первый взгляд, указ Гонория направлен против длинноволосых иностранцев в одежде из шкур. Однако, если бы это было так, в Риме должно было присутствовать такое большое и заметное «варварское» население, что его внешний вид стал бы серьезной проблемой для города.
Арсе предложил более правдоподобную альтернативу: сами римляне начали копировать иностранные прически и одежду. Причем для римлян, принявших эту моду, ее привлекательность, возможно, заключалась именно в ассоциации длинных волос с аристократическим престижем.
Но на фоне недавнего разграбления Рима вестготами римлянин, идущий по городу с длинными волосами в одежде из звериных шкур, представлял собой нечто большее, чем просто иллюстрацию смелого модного выбора. Этот образ вызывал ассоциации с теми самыми людьми, которые унизили Рим. Кроме того, имитация внешности могущественных вестготов или франков могла подразумевать восхищение их военными успехами, элитным статусом или растущим влиянием внутри империи.
По мнению Арсе, германские прически и одежда в какой-то момент стали настолько популярны у римлян, что вызвали реакцию властей. Своим указом император Гонорий попытался сдержать культурную «германизацию» римского общества и восстановить традиции, на которых основывался имперский порядок.
Тем более что римские власти всегда рассматривали внешний вид граждан империи как инструмент социального контроля. Он помогал определить, к какой социальной группе принадлежит тот или иной человек, кто может представлять угрозу.
«Похвала лысине» философа-неоплатоника Синезия Киренского, опубликованная около 400 года нашей эры, могла косвенно повлиять на указ Гонория, создав для него нужную культурную атмосферу, предположил Арсе. Синезий критиковал длинноволосых мужчин как ненадежных и чрезмерно озабоченных своей внешностью. Лысые же, напротив, олицетворяли мудрость, хорошее здоровье и другие достоинства.