На сегодняшний день египтологам известно почти сто кличек собак (кинонимов), относящихся к периоду от Древнего царства до эпохи Птолемеев. Они, как правило, отражают физические характеристики или особенности нрава животного — например, окрас шерсти или характер.
Более половины зафиксированных кинонимов происходят из частных гробниц — мест, предназначенных не просто для захоронения тела, но и для сохранения личности человека, его социальных связей и привычного мира ради обеспечения посмертного существования усопшего.
Помимо собственного изображения, многие владельцы гробниц помещали туда и фигуру собаки — иногда с указанием ее клички, — что свидетельствует о заботе хозяина о посмертном существовании животного и его стремлении обеспечить ему жизнь в ином мире.
Новым, 97-м по счету, дополнением к списку древнеегипетских кинонимов стало имя собаки из гробницы Усера, писца и управляющего, жившего в эпоху XVIII династии, во времена правления фараона Тутмоса I (начало XV века до нашей эры).
Некоторые клички из списка древнеегипетских кинонимов встречались у нескольких собак, но имя собаки из гробницы Усера совершенно уникально, выяснила египтолог Челси Кауфман из Университета Джонса Хопкинса, статья которой опубликована в издании The Journal of Egyptian Archaeology.
Во внутреннем помещении гробницы сохранились три сцены подношения даров, на которых изображены собаки в ошейниках, сидящие у ног своего хозяина. Животные относятся к типу, который традиционно описывают как «похожий на салюки» (арабскую или персидскую борзую): у них висячие уши, саблевидный хвост и поджарое, атлетическое телосложение.
Иероглифы, изображающие имена двух собак, ранее расшифровали как «Сильный» и «Верный». Третья собака до сих пор оставалась безымянной, так как иероглифы имени над ее головой практически слились с фоновым рисунком.
Кауфман заново изучила изображение, используя плагин DStretch для программы ImageJ, который позволяет усилить контрастность сохранившихся следов пигмента. После обработки иероглифы стали гораздо более четкими, что позволило прочитать имя собаки, которое Кауфман интерпретировала как «Тот, кто из подземного мира».
Этот термин также известен как эпитет Анубиса — бога, тесно связанного с загробным миром, некрополями, бальзамированием, погребальными ритуалами и защитой умерших. Анубиса обычно изображали в виде существа с телом человека и головой шакала.
Собака с таким уникальным именем также необычно выглядит — древний художник изобразил на ее белой шерсти красные волнистые полосы, которые перекликаются с волнистой фактурой ткани одежды самого Усера. Как отметила Кауфман, насколько ей известно, подобный рисунок шерсти не встречается среди других известных изображений собак в египетском искусстве.
Даже детерминатив, который использовали для написания имени собаки, отступает от принятых канонов.
Детерминатив — в египетской иероглифике непроизносимый символ, который помогал правильно понять смысл основной надписи. Детерминативы включали символы, обозначающие людей, животных, растения и так далее.
В кинонимах обычно применяли детерминатив, изображающий стоящую собаку. Именно такие символы использованы в именах Сильного и Верного. Однако в имени «Того, кто из подземного мира» использован детерминатив в виде сидящей собаки, поза которой в точности повторяет позу животного, нарисованного под ним.
До сих пор был известен лишь один подобный случай — на саркофаге для пса, датируемом эпохой Среднего царства.
Похоже, художник, расписывавший гробницу Усера, уделил особое внимание тому, чтобы связать написанное имя с внешним обликом конкретного животного, предположила Кауфман.